Павел был настолько близок мне по внутреннему устройству, что первое время я не верила, что он реальный человек.
Ну, невозможно настолько совпадать, настолько соответствовать моим тайным желаниям.
Казалось, Павел читает мои мысли и ведет себя именно так, как раньше, в молодости, я мечтала, чтобы себя вел Захар.
Когда мы впервые встретились, все было так, словно мы знаем друг друга всю жизнь.
Я, признаться, очень боялась этой встречи — собственная внешность с некоторых пор вызывала у меня беспокойство, я казалась себе отвратительно толстой, оплывшей, неуклюжей.
Но Павел осыпал меня такими комплиментами и так восхищался, что я совсем перестала комплексовать.
Павел приезжал нечасто, но каждый его приезд был как праздник, и потом я еще пару недель ходила в приподнятом настроении, а затем все возвращалось в прежнее русло — депрессия, Захар, мама и тотальное одиночество.
Только телефонные звонки Павла чуть скрашивали мне серые будни.
В один из таких дней Павел вдруг завел разговор о том, что собирается переехать в наш город и перевести сюда свою фирму.
— Тогда мы могли бы, наконец, жить вместе, — сказал он как-то вскользь, словно о давно обговоренном факте.
Я не ответила, только сердце мое бешено заколотилось от счастья — это было то, что я хотела слышать, то, о чем мечтала едва ли не со второго дня знакомства — быть с ним, уйти от Захара и жить с Павлом.
Я никогда не говорила ему об этом, но он, оказывается, и сам хотел того же. А для меня, возможно, это последний шанс изменить что-то в жизни.
Бросив взгляд на часы, я поняла, что мне лучше бы поторопиться со сборами, если я хочу хорошо выглядеть и не опоздать, и направилась в душ, на ходу сбрасывая одежду.
Станислава
Беседа с психологом выдалась еще та…
Я никогда не верила в необходимость этой профессии, вообще не понимала, как можно платить кому-то за разговоры о себе же.
Все равно, что нанять слушателя. Театр одного зрителя. И вообще — подобный душевный стриптиз был мне отвратителен.
Но в этой клинике, похоже, к беседам с психологам относились строго и без них на операционный стол не укладывали.
Что ж, придется подчиниться.
Кабинет психолога оказался вовсе не таким, как я представляла это себе по американским фильмам. Никаких кушеток, бархатных занавесей и книжных полок от пола до потолка. Письменный стол у окна, два мягких кресла, сев в одно из которых, я утонула, как в облаке, и сразу почувствовала, что напряжение отпускает.
