Жаль, ни огурцов, ни помидор в деревне не было.
Муку, я решила оставить на кухне, каждый раз бегать за ней в подпол, не вариант. Поэтому мешки с мукой мы с Дарушкой поставили подальше от печи, между кухонными тумбами. Перо у Луньи я брать не стала, цена на готовые изделия у Уланы была ненамного дороже.
К тому же, мы успели вовремя, женщина через пару дней собиралась ехать в город, и я забрала у нее все, что было на продажу. Однако, это была лишь половина из нужного мне количества, но женщина пообещала сообщить, как будет готово недостающее.
Теперь, я таскала подушки и матрасы по комнатам, не забыв о себе и о Санте с сыном. Новые самотканые полотенца от дочерей Маду, уже лежали в каморке, а льняные простыни были заправлены в жилых комнатах."
"Шерсть я брать не стала, а вот пряжу для вязания взяла. Может здесь морозы зимой и теплые вещи мне не помешают, если будет время связать хотя бы пару носков… А я уж надеялась, что получилось избежать поездки в город, ан нет. Все же вещи для зимы мне понадобятся, те же сапоги или валенки… Или как здесь зимой-то ходят? Надо бы расспросить Санту.
Хотя, она ведь тоже приезжая.
Капуста, приправленная морковью с луком уже шкворчала на чугунной сковороде, картошка кипела в чугунке, а я тем временем, мелко рубила мясо. Жаль, мясорубок здесь еще не придумали, впрочем, как и терок.
Сегодня наш ужин немного припозднился. Зато, в моем сарае теперь были аккуратно сложены поленницей дрова. В помывочной выросла вторая бочка с водой, вместо полога, появилась длинная скамья во всю стену.
Не успели гости усесться за стол, дверь таверны отварилась и в зал вошли двое…
– Светлого вечера. Говорят, здесь принимают постояльцев, – грубый голос мужчины эхом разлетелся по таверне.
– А кто говорит-то? – повернула голову в сторону гостей Санта.
– Так Лунья… из Рымя сказала, – мужчина втянул за собой в зал молодую темноволосую девушку и прикрыл входную дверь.
– Проходите к столу, – пригласила я и побежала на кухню за приборами.
– Девочка, не мне тебе указывать, – следом за мной в кухню вошла Санта, – но тебе не думается, что стоило бы сначала брать плату с постояльцев?
Разумно, но я все еще не могла привыкнуть, что эта таверна все же больше гостиница, чем мой дом.
А дома я привыкла быть гостеприимной хозяйкой и как правильно вести себя здесь и сейчас, пока не знаю.
– Думаете, они могут уйти, не заплатив за ужин? – моя рука с мисками устало опустилась на столешницу.
В Кирстане и его людях я не сомневалась.
