Хочу любить

Я же задумал купить этот дом и размышлял над тем, как тебя сюда заманить.

Лючия раскрыла рот, чтобы возразить, но Бруно остановил ее поцелуем.

Когда он наконец поднял голову, голова девушки кружилась от страсти, которую Валенсо опять пробудил в ней.

— Сегодня вечером я хотел объясниться в любви, причем сразу, едва ты вошла в кабинет. Но ты кипела от ярости, и я даже не попытался проникнуть за защитный барьер, которым ты окружила свое сердце, — объяснил граф с искренним сожалением. Его губы прикоснулись к ее виску, потом спустились к уголку рта.

Лючия дрожала, боясь поверить словам Валенсо.

— Я приготовил для тебя сюрприз, — мягко проговорил Бруно, доставая из кармана брюк коробочку. Открыв ее, он положил на ладошку девушки кольцо. — Оно принадлежало моей матери, а ей подарил его мой отец.

Лючия взглянула на золотой перстень, усыпанный бриллиантами.

— Мать же не носила его, предпочитая простое колечко, но приняла его как символ любви, — добавил Валенсо.

В его глазах таилось страстное чувство, и девушка уже не отводила взгляда от дорогого лица.

— Кольцо хранилось в банке. Его передали мне в день двадцатипятилетия вместе с завещанием, в котором указывалось, чтобы я подарил его женщине, которую выберу своей супругой.

— А оно очень красивое, — не удержалась Лючия.

Бруно нежно провел кончиками пальцев по ее щеке, и девушка затрепетала.

— Брак я рассматривал как неизбежную необходимость. Я надеялся полюбить женщину, которая станет хозяйкой в моем доме, матерью моих детей и любовницей в постели.

 — Он криво улыбнулся, но в глубине глаз вспыхнуло теплое чувство. — И вот я встретил тебя. В сравнении с тобой померкли все женщины. — Граф обвел указательным пальцем контур девичьего рта, потом повторил движение кончиком языка и, прикоснувшись к мягким внутренним тканям, стал ласкать их с чувственной требовательностью. Лючия не замедлила ответить.

Когда Валенсо наконец поднял голову, она ошеломленно заглянула в его глаза, в которых сквозило едва сдерживаемое страстное желание."

"— Я люблю тебя.

Люблю, — произнес Бруно и обхватил дрожащими руками лицо Лючии.

Его зрачки потемнели, став почти черными. Неожиданно девушка ощутила в его порыве неуверенность, даже ранимость, о которой не подозревала, и Лючия растрогалась до слез.

— Единственным, достойным для тебя даром является мое сердце, — проникновенно произнес Бруно. — Оно принадлежит тебе до тех пор, пока не перестанет биться.

Не колеблясь ни секунды, Лючия подняла руки и обвила его шею.