Хочу любить

— Обещаю, я о нем позабочусь, — прошептала она.

На лице Валенсо появилась такая нежность, что девушка чуть не расплакалась.

— И ты выйдешь за меня замуж?

Лючия улыбнулась столь искренне, что сомневаться не приходилось. Но ей очень хотелось немного подразнить Бруно.

— Ты меня просишь?

С тихим, чуть хрипловатым стоном он привлек возлюбленную к себе.

— Я даже готов опуститься на колени.

— Видимо, мне не доведется увидеть тебя таким смиренным, — подтрунила Лючия, но Бруно медленно покачал головой.

— Ошибаешься.

У девушки защипало в глазах, и слезинки медленно покатились по щекам.

— Ты не ответила, — настаивал граф.

— Да, — прошептала Лючия дрожащими губами.

Его рот овладел ими столь страстно, что у девушки даже закружилась голова.

— Если ты не возражаешь, то за гражданской церемонией в Нью-Йорке последует свадьба в доме Сильвии.

Предложение показалось Лючии вполне естественным. Конечно, и Сильвии, и Марии, и Терезе доставит большую радость предстоящее торжество.

— Нет, конечно, — промолвила Лючия.

— Первую неделю медового месяца мы проведем в охотничьем домике, а потом отправимся в круиз по Индийскому океану.

— Июнь — отличное время для молодоженов, — мечтательно сказала Лючия.

— Свадьба — на следующей неделе, — командовал между тем Бруно. — Завтра же ты полетишь со мной в Нью-Йорк. И не возражай, — приказал он, как только девушка раскрыла рот.

— Я могу прибыть в Штаты и через несколько дней.

— Завтра, — категорически бросил Валенсо и даже слегка встряхнул девушку за плечи.

— Тогда я поеду домой, чтобы собрать вещи.

— Тебе понадобятся лишь паспорт и смена одежды, мы заскочим к тебе по дороге в аэропорт. — Бруно запечатлел на ее губах такой поцелуй, что у Лючии вмиг ослабли коленки и она сразу стала податливой. — Знаешь, как мы проведем ночь? — И он посвятил Лючию в свои планы, в которых отсутствовал сон.

Подхватив на руки, он отнес ее в спальню, и девушка тут же расстегнула пуговицы на его рубашке. Потом потянулась к поясу брюк. Она чуть слышно вскрикнула, когда Бруно прикоснулся к груди, и громко застонала, когда он стал пощипывать набухшие соски, возбуждая желание, пока оно не охватило каждую жилку, каждое нервное окончание, которые стали повышенно чувствительными.