А ведь Кир просто припечатывается, без каких-либо последующих движений. Но напор такой сильный, что мое тело сотрясает. Он всю меня крепко-крепко с безумной потребностью стискивает.
В этом статическом затяжном поцелуе горечь и дикая сладость. Поровну берем. Вместе. Сгораем.
Рывок. Громкий вдох.
Глаза в глаза – последний раз.
Отпускает. Отступает. Быстро уходит в темноту.
Глава 43
Если она не остынет…
– Че ты снова творишь?
Голос Чары узнаю, а вот в фокус взять его не сразу получается. Все расплывается. Жесткие самолеты ловлю.
За стол напротив приземляется темное пятно."
"– Что творишь, спрашиваю?
– А я ебу, что ли… – роняю невнятно.
Чувствую, еще пару стопок – рухну под стол. Поднимаю и заливаю. Желудок за весь день ничего кроме водяры не принимал, уже вторую рюмку подает сигналы бедствия. Но мне так похуй… Глубоко похуй, даже если алкокому поймаю.
– Но что-то ведь произошло. Что? Вываливай.
Чара в активе, чтобы меня полоскать. Как будто без него мало.
– Вот че ты ко мне приебался? – выплескиваю раздражение, старательно маскируя за грубостью гребаную боль.
Столько ее скопилось, не удержать. Со скрипом притормаживая, часть выдаю все же: – Я, может, не столько после водяры в говно… У меня, знаешь ли, вся душа, на хрен, в клочья! Но кого это ебет? Скажи, кого это ебет?
– Меня, – неизменно подставляет плечо.
На секунду даже стыдно. Так всегда с Чарой. А что я отдал? Против его вклада в нашу дружбу – ни хрена весомого с моей стороны.
– Бойка? – зовет, потому что я молчу.
Пьяно качнувшись, делаю неопределенным жест рукой, мол, не стоит.
– Не отстану, – упорствует Чарушин. – Ты третий день сам не свой.
– Третий день… – повторяю и киваю, подтверждая. – Три дня назад… Три дня назад у меня, блядь, все было зашибись! Три дня назад я был живой, понимаешь?
Чара кивает. Слушает, как всегда, внимательно и на полном серьезе, несмотря на то, что мой базар, уверен, выглядит со стороны как бухой слив эмоций.
– Что же случилось?
– Почему тебе всегда нужно все знать? Тебе делать, что ли, не хуй? Богданова снова не дает? – так же упорно ухожу от темы.
Ухмыляюсь. Физически это все еще возможно. Внутри же все по-прежнему трещит.
– Варя просила поддержать тебя, – спокойно сообщает Чара, а я на звуках ее имени вздрагиваю, будто с меня живьем кожу сдирают.
Я не собираюсь раскручивать эту информацию. На хрен.
Не собираюсь.
– Как она сама? Нормально? – выдыхаю и замираю в ожидании ответа.
Прикладываю усилия, чтобы полноценно видеть Чарушина.
