Но боли не замечаю. Не улавливаю никакого дискомфорта. Здоровенный член входит в меня так, словно всегда был внутри. И я… дьявол, я будто сама под него выкована, создана, чтобы принимать до предела.
Эти странные сокращения и спазмы доводят до безумия. До исступления. Заставляют вскрикнуть. Выгнуться сильнее. Плотнее нанизаться на восставшую плоть амбала.
— Что это? — всхлипываю, смотрю в горящие черные глаза и продолжаю сотрясаться от необъяснимых ощущений. — А-амир.
Мужчина в губы мои впивается. Остатки воздуха крадет.
Целует так алчно, что впечатление, точно трахает меня языком. Жадно и жестоко завладевает моим ртом. Безраздельно. Штурмом берет.
Рычит, дыханием опаляет. Клеймит. Обжигает своим неистовым и одержимым пламенем, огнем под кожу проникает.
Мой самый дикий. Безумный. Хищник.
— Мы кончили, — хрипло выдает он, наконец, разрывая подчиняющий волю поцелуй, поглаживает мою спину ладонями, не ласкает, а помечает, как будто намеренно боль причиняет, разом переставая силу контролировать, жаждет синяки оставить, памятные метки.
— Я не… не понимаю, — слабо бормочу в ответ.
— Мы кончили одновременно, — произносит Амир. — Твоя звезда четко на мой член настроена. Отзывается в момент. Только успел войти — взрыв.
— И все? — выдаю и тут же краснею от стыда за ноты разочарования в голосе, пытаюсь исправиться. — В смысле, так быстро… от одного лишь проникновения.
Ситуация становится хуже.
Амбал разражается хохотом.
— Это разогрев, — хмыкает он, щипает меня за ягодицу, заставляя взвизгнуть и резко отрывается от тела, разрывает наш тесный контакт.
— Гондон сменю и продолжим.
— Наверное, время нужно, — закусываю губу. — Ну не сразу ведь…
Замолкаю. Закашливаюсь от волнения. Приподнимаюсь на локтях, наблюдая за ним. Даже не скажешь, что мужчина достиг разрядки. Его орган не выглядит обмякшим, почти не теряет свои угрожающие объемы. Вздергивается точно по команде.
А я… губу случайно прокусываю. До крови. Но и боль не отрезвляет.
Я ощущаю себя как под тем проклятым наркотиком.
Только без какого-либо наркотика. Я под Амиром. Он и есть самый опасный препарат. Доза яда.
Глава 38
Звездень.
Иначе и не скажешь теперь. Мат мне запрещает. Укрощает. Когти обрезает. Клыки вырывает. Скоро плюшевым стану. Размякну. На дела болт забью и соплями по ней окончательно изойду.
Хотя… ну, куда уже дальше? Куда круче-то? Ниже не упадешь.
Девка из меня веревки вьет. Шелковым делает. Звезда. Реально. Сам себя не узнаю.
