Не верит, что по-честному умею играть? Раз в споре выиграла, то долг ей отдам.
— Я думала, ты выберешь губы, — бормочет.
— Я и выбрал губы, — ухмыляюсь.
Всхлипывает. Судорожно. Сдавленно.
Развожу бедра в разные стороны. Почти насильно. Склоняюсь над ней. Изучаю свое сокровище. Драгоценность.
А как иначе звезду назвать? Она у нее особенная. Золотая. Бриллиантовая. Вон как сверкает. Блестит. Сияет. Влажная. Нежная. Мой хрен мигом чует свою законную собственность. Вздергивается.
Одуреть. Я никогда такого не делал.
Не помышлял. Но не в рот же девчонку целовать. Грязно это. Мерзко. Свою сперму собирать. Ну пиздец же. Извращение.
Разве мужик такое сделает? Да и между ног нализывать стремно. Докатился, бля. Пилоточник. Кто бы мне это предрек, еще несколько дней назад, тому бы я хребет поломал.
— Амир, — шепчет она. — Если тебе противно, то не надо ничего делать.
Ее голос как веревка вокруг горла. Но почему-то я хочу эту веревку потуже затянуть.
— Забудь про наш спор, — прибавляет девчонка.
— Мой минет был не слишком хорош. Не нужно подыгрывать мне, идти на уступки из жалости.
Наивная. Думает, я способен на жалость. Добрый. Глубоко в душе. Очень, очень глубоко.
— Я знаю, многие мужчины этого не любят, — добивает Зайка. — Ну считают, такой вид ласки унизительным, неприятным…
— Откуда знаешь? — провожу пальцем по ее складкам. — Что за мужики тебе это рассказывали? Те твои школьные дружки?
Шумно воздух вдыхает. Дергается.
— Читала, — лопочет. — В журналах.
Течет еще сильнее.
От страха. От волнения.
— Тебе грубость по кайфу? — спрашиваю.
— Что? — взвивается. — Нет, конечно. С чего ты взял?
— Мокрющая, — скалюсь, продолжаю поглаживать ее самое нежное место, принуждаю выгибаться. — Аж хлюпаешь вся. А нежности у нас не было. Зато в глотку тебя жестко отодрал.
— Я не… не возбуждаюсь от такого, — опять пытается сдвинуть бедра, но я не позволяю.
— От чего тогда? — буравлю взглядом, пальцами тараню. — Есть женщины, которым в кайф, когда грубо. Сами просят.
Текут от одной мысли про жесткий трах. У каждого свой вкус.
— Я не… такая, — отрицательно мотает головой, губы кусает.
— Правда? — хмыкаю. — Не представляла, как я распечатываю твою задницу? Как до упора вгоняю и заставляю орать? Не заводилась от этого?
— Нет, — выпаливает. — Нет!
— Просто под моими пальцами течешь, — усмехаюсь.
— Просто это ты, — зажмуривается, глаза прячет.
Прекращаю трахать ее. Отвожу руку в сторону. Но девчонка продолжает трепетать.
