– Дядя Марк, ты такой классный, – восторженно произносит Кит, с удовольствием поедая сладкую вату. – Я хочу, чтобы ты был моим папой.
За нашим столиком повисает тишина. Я напрягаюсь и даже забываю, как дышать, не зная, что скажет Марк. Понимаю, что вот он, лучший момент. Но…я очень боюсь, как у нас все сложится в будущем.
– Правда? – тихо спрашивает Воскресенский, глядя при этом на меня.
«Можно?» – важный безмолвный вопрос, от которого зависит наша дальнейшая жизнь.
Я больше так не могу. Просто не имею морального права врать собственному ребенку, это несправедливо.
Поэтому прикрываю глаза, молчаливо выражая согласие.
– Никита, – говорит Марк хриплым голосом, очень волнуясь. – Я и есть твой настоящий папа.
Глава 40 Марк
Наверно, я никогда в жизни не волновался так, как сейчас в ожидании реакции сына. Но малыш смотрит на меня счастливыми глазами и восторженно тянет:
– Правда?!
– Да…сынок.
Никита переводит взгляд с меня на Катю и обратно и кидается мне на шею, обнимая крепко-крепко, насколько хватит сил в детских ручках:
– Ура-ура, теперь у меня тоже есть папа! – и тут же бросается к маме, также обнимая ее.
– Спасибо, мамочка, это ты нашла моего папу? Я тебя люблю!
– Нет, сынок, – Катя улыбается сквозь слезы. – Твой папа сам нас нашел. Он почувствовал, наверное, что у него есть такой замечательный мальчик…
– Папа, а ты теперь будешь жить с нами?
Черт. А ведь этот момент я не продумал. Что я могу сказать ребенку? О том, что у меня есть семья – ни в коем случае.
Китенок может решить, что не нужен и не важен для меня, а этого я допустить не могу. Но и соврать, пусть и во благо, тоже нельзя.
Катя красноречиво смотрит, мол, давай, Воскресенский, заварил кашу, теперь выкручивайся.
– Понимаешь, сынок…Прямо сейчас у меня переехать к вам не получится…Мне нужно подготовиться. Я же не знал, что ты у меня есть. Нам с вами нужен большой дом, где у тебя будет своя комната, и ты сможешь завести собаку. Ты хочешь собаку? – ляпнул я первое, что пришло на ум.
Но, тем не менее, теперь я точно знаю, что нужно делать, у меня есть план, и нет ни единой возможности отступить. Да я и не собираюсь. Дело за малым – решить вопрос с Аней и ее отцом – прокурором.
Катя буквально прожигает меня злым взглядом, и, судя по ее воинственному виду, она собирается сказать пламенную речь против моего идеального плана, но звонок моего мобильного дает мне отсрочку.
– Воскресенский, слушаю. Да.
