– Понятно, – улыбнулась я, – бесплатно ничего не бывает."
"– Вот именно, – обрадовалась собеседница, – золотые слова! К сожалению, наши люди считают, что можно на рубль сотню получить. Но такого не бывает! Пятнадцать тысяч вполне умеренная цена. Считайте, что покупаете жизнь для супруга. Конечно, можно и бесплатно попробовать, в очередь встать. Только хочу предупредить, все равно даром не получится.
– Почему? – прикинулась я сибирским валенком. – Вроде государство гарантирует таким больным помощь, по жизненным показаниям.
Тамара Петровна хмыкнула:
– Так-то оно так, только придется хирургу заплатить, медсестрам, чтобы хорошо ухаживали, и потом начинаются всяческие нюансы…
– Какие?
Собеседница улыбнулась:
– Вы далеки от медицины?
Я засмеялась в ответ:
– Дальше не бывает.
– Тогда, конечно, трудно понять что к чему. Ну вот приведу пример. Шов после операции остается, понимаете, да?
Я кивнула.
– Его заклеивают пластырем, чтобы не попала инфекция, а затем больного водят на перевязки, обязательно каждый день, опять же из соображений стерильности.
Вот тут и начинаются мелкие нюансики, о которых я говорила выше. Представляете, как выглядит наш, самый обычный российский пластырь?
– Ну такой кругляшок из липкой ленты…
– Именно. А теперь попробуйте сообразить, как «приятно» больному человеку, когда такую липучку сдирают со свежей раны.
Я содрогнулась. Жуть!
– Ага, – удовлетворенно кивнула головой Тамара Петровна. – Это если бесплатно. А коли «подмажете» медицинский персонал, вам наклеят такую симпатичную, импортную, беленькую штучку c марлевой подушечкой посередине.
Медсестра только подденет ее легонько пальчиком – и готово! Без боли и страха. Поверьте, подобных мелочей много, не говорю уже о крупных проблемах.
– Каких?
– Вот недавно, – со вкусом заглотила приманку Тамара Петровна, – в одной из онкологических больниц умерло сразу десять пациентов во время операции. Перепутали дозы наркоза! Еще не такое случается, ежели без денег. Врачи-то тоже люди, кушать хотят, над платными пациентами трясутся, а про простых забывают.
Да и винить докторов трудно. Оклады крохотные, жизнь дорожает с каждым днем!
Я постаралась сдержать рвущееся наружу возмущение. Моя Катюша никогда не делает различий между тем, кто сунул конвертик, и тем, кто не смог этого сделать. Да, она не отказывается от «гонорара», более того, в основном из этих сумм и складывается семейный бюджет, но, если в палате вдруг кому-то станет плохо, Катюша никогда не уйдет равнодушно домой.
