— Бред? — послышалось за спиной, и я подпрыгнула от неожиданности.
Костик. Тьфу ты!
— Чего подкрадываешься? — буркнула зло, а он привалился рядом, улыбнулся, показывая ослепляюще белые зубы.
— А что, испугалась? Не боись, пока я на страже, тебе ничего не грозит. Я защищаю тебя своим могучим телом.
Закатила глаза от такого неотёсанного подката, но промолчала.
— Я видел, ты от Андреевича выбежала? Тоже отругал? — заглянул в лицо с сочувствием. — Не обращай внимания, он такой по жизни. Строгий. Скоро притрётесь.
Мне вон чуть по шее не дал. Сказал, ещё раз буду по ночам тебя на улицу тащить — кастрирует. Ревнует. В принципе, его понять можно. Ты вон какая кукла, у мужиков аж крышу сносит. Я бы тоже ревновал."
"— Иван Андреевич не имеет права меня ревновать. Потому что я не его жена, не его девушка и даже не его любовница. А теперь давай закроем эту тему и закончим. Мне пора уводить Маринку домой, — направилась к горке, где мелкая уже с радостным визгом неслась вниз, но Костя схватил меня за руку, дернул на себя.
— Эй, ты чего? Ну-ка, отпусти! Отпусти, а то я сейчас закричу!
— Да тихо ты, — зашипел на меня с ухмылочкой, наклонился, видимо, чтобы расслышать его могла я одна. — Не кипишуй, приставать не буду. Я не идиот.
— Тогда отпусти! — дернула рукой, и он разжал пальцы.
— Ладно, ладно. Я просто хотел кое-что сказать… Ну, раз у вас с Андреевичем нет никаких отношений, и ты просто нянька, тогда, может, мы попробуем?
— Чего попробуем? — выгнула бровь, на самом деле, конечно, догадываясь, чего хочет попробовать этот засранец.
— Ну… Замутим?
Прыснула от смеха. Ох, уж эти ухажеры. Куда деваться только от них.
— Извини, Кость. Ты парень, может, и хороший, но мне неинтересно. Ни ты неинтересен, ни твой шеф. Вообще никто. Я лесбиянка, — повернулась к Маринке. — Пойдём домой, Мариш?
— А я всё равно не отстану, поняла? Моей будешь! — донеслось вслед, на что я усмехнулась.
— Удачи, Костик!
На ужин Иван Андреевич так и не явился, чему я несказанно обрадовалась.
В ином случае я просто не смогла бы есть. Перед глазами до сих пор маячил здоровенный член и то, как он поршнем входит в лоно девушки. И взгляд Бекетовский… Аж до костей прожигающий.
Мне теперь ещё и влетит от него, что без стука вошла. Ох, бедная моя, глупая головушка.
— А ты пррочитаешь мне сказку? — отодвинув пустую тарелку, Маринка потёрла кулачками глаза, зевнула.
— Обязательно. Пойдём, уложу тебя.
