Понимаю, что надо стирать, а не сушить, но… Я унесла, чтобы не пахло. И пол я вчера мыла своеобразно – налила воды, потëрла и оставила мрамор в серо-чёрных разводах, благо после кипятка слизь, похоже, сварилась и, главное, перестала вонять на весь холл.
Я устраиваюсь рядом с Даниэлем со стороны ""ожившей"" руки, подсовывают свою ладонь под его пальцы:
– Если что-то пойдёт не так, дай знать, ладно?
Как будто у Даниэля есть выбор. Он покорно соглашается, хотя я кожей чувствую его неодобрение.
Он неправ. Наверное…
Да, начинашку вроде меня должен контролировать учитель, потому что магия опасна, я это осознаю, как и то, что Даниэль полноценно подстраховать меня не сможет.
Я рискую.
Но мы ещё вчера убедились, что магия рулит."
"Где-то там, в столице, не так уж и далеко от нас, господин наместник ждëт корону.
Отсидеться в стороне? Это не мой бой, не моя… месть. Только вот я уже влезла в историю с головой. Нечего и мечтать, что буря грянет и меня не зацепит. Только разве же дело в этом? Портал, побег за тридевять земель и я свободна! Безумно глупо, но Даниэль запал мне в душу.
Сбежать – это вырвать себе сердце.
Я теперь думаю, что книжный Даниэль не любил сиротку. Он был ей благодарен, и он переносил на неë счастье возвращения к жизни. Финальный эпизод на закате… Даниэль, понимая, что не протянет и года, просто давал девушке то, что она хотела. Ну и без трезвого расчёта, тоже, думаю, не обошлось – книжному Даниэлю срочно требовался наследник.
Примеряя роль главной героини, я понимаю, что моя история будет иной.
Я добьюсь, чтобы Даниэль восстановился полностью, чтобы впереди его ждала долгая жизнь. А значит, в нашей истории не будет места притворству. Мне не нужна подделка на любовь из благодарности.
Сейчас я сиделка, нянька… Я кормлю с ложечки, обмываю, вытираю, лечу, убираю. Что чувствует Даниэль? Мне бы на его месте было ужасно стыдно, ужасно неловко. Я бы чувствовала себя униженной собственной беспомощностью. Короче, мне было бы у-жас-но. И при всей моей признательности, идущей от ума, я бы подсознательно стремилась разорвать общение.
Я бы каждый раз при встрече вспоминала смену пелëнок и мечтала провалиться сквозь землю. Откуда тут романтике взяться?!
Я могу стать Даниэлю другом…
Вместо радости досада.
Что-то невовремя я самокопанием занялась.
– Пробуем? – нарочито бодро спрашиваю я и начинаю, не дожидаясь ответа.
Иероглиф заковыристый. Я беру карандаш и перерисовываю завитки с изломами, причëм рисую так, как потом должна будет протекать сила.
