Со второй попытки получается увереннее. Я убираю подсказку, рисую в третий раз по памяти. Вроде бы без ошибок?
– Попытка номер один, – объявляю я.
Я представляю себе иероглиф, воображаю, что он, невидимый глазу, висит передо мной прямо в воздухе. Вопрос, как именно работает заклинание, всплывает в самый неподходящий момент, сбивает с концентрации. Ха, можно подумать, я дома задавалась вопросом, по какому принципу действует стиральный порошок! Забросил в машинку грязное, достал чистое – волшебство же.
Символ снова перед внутренним взором. Я медленно вдыхаю и вместе с воздухом тяну из окружающего пространства магию. Я чувствую, как энергия бежит по венам, как у меня в районе солнечного сплетения закручивается шар… похожий на маленькое солнышко.
Мне кажется, у меня получается пропустить через себя больше силы, чем вчера.
Я напитываю иероглиф и, следуя инструкции, мысленно опускаю его на простынку.
Как струна лопается – я чувствую, что больше не имею над заклинанием контроля и открываю глаза.
– Оу… Даниэль, по-моему, я сделала что-то не то.
Над простынкой заклубился фиолетовый дымок. У меня слишком живое воображение или клубы дыма сливаются в паучий силуэт? Контуры обретают чëткость, раздаëтсч щелчок, и призрачный паук вонзает в простынку крючковатый коготь.
– Даниэль?!
Я забираюсь на диван с ногами.
Агрессии призрачный паук не проявляет, не считая злобных щелчков жвалами.
Складывается впечатление, что паук ругается. Он быстро-быстро перебирает лапками, пока не находит край простыни, добирается до уголка, и от него начинает вплетать в полотно ткани собственную призрачную нить.
Мне, конечно, страшновато, на подобного уборщика я не рассчитывала, но и любопытно, тем более паук занят и к нам у него никакого интереса.
Минут за пять паук полностью обрабатывает простынку и вдруг, издав особенно громкий щелчок, развеивается.
Исчезает не только он, не только призрачная паутина, но и вся грязь. Ни следа, что простыня служила пелëнкой.
– Ты это видел?! – подпрыгиваю я. – Видел?
Я чувствую касание его пальцев, у Даниэля получается улыбнуться, и на волне переполняющих меня эмоций, я, позабыв все свои дурные рассуждения о романтике и дружбе, подаюсь к нему, обнимаю за шею и целую… в нос.
Ну как целую, звонко чмокаю и испуганно отстраняюсь.
