Без улыбки на это было невозможно смотреть. Руки вытянуты вперёд, марширует, как на параде, а в руках-то всего одно письмецо.
– Актёр, – взяв конверт, пригласила молодого человека к столу.
– Нечего крепостному делать за барским столом, – отрезала Варвара, строго взглянув на сына.
– А это письмо не мне, – прочитав на конверте имя, протянула корреспонденцию няне.
– Мне? – она удивилась и посмотрела на буквы. – А что в нём написано? – конверт вернулся в мои руки. – Я читаю, но уж очень медленно. Настенька, уважь старушку, прочти.
Вскрыв конверт, я приступила:
«Матушка Варвара Игнатьевна, спешу вас обрадовать. Намедни моя любимая жена Апраксия Семёновна родила двойню. Теперь вы – бабушка двух здоровых мальчишек. Сельский лекарь заверил, что магические потоки в порядке, и, скорее всего, ближе к году малыши войдут в свой первый оборот. Только вот одна беда, роды были тяжёлые. Вы же сами знаете, что моя жена не маг, а простой человек. У меня были сбережения, которые я отдал лекарю, он как мог, подлечил мою драгоценную супругу.
Она уже и встаёт, но всё ещё бледная. Мне же нужно работать в скорняжной лавке.
Матушка, упросите графиню Анастасию Петровну отпустить вас на несколько дней ко мне в город. Очень нужна ваша материнская помощь и поддержка для Апраксии. Переживаю я за неё.
Всегда любящий вас сын Анатолий».
– Родила Апраксия, – Варвара вскочила с места и с силой обняла Данилу. – Вот и ты стал дядюшкой.
– Поздравляю, Варвара, с таким праздником, – распахнув руки, улыбаясь, с радостью обняла няню.
– Когда в путь собираться будете?
В комнате стало тихо.
– Анастасия, душа моя, я не могу оставить тебя в такой тяжёлый момент, – няня говорила твёрдо, но я видела в её глазах надежду.
– Не сомневайся, поезжай. Твоей невестке нужна помощь, а от кого её ещё ждать, как не от родной бабушки? Да и ничего со мной не случится за несколько дней.
Женщина будто только и ждала этих слов.
– Данила, глаз не спускать с графини! За её здоровье лично своей волчьей шкурой ответишь. Настенька, я быстро помогу и обратно вернусь, – она уже практически убежала в свою комнату, но тут же вернулась, прогнала Данилу во двор и прошептала:"
"– В сундуке бумаги лежат на имущество, что ещё не успел заложить ваш непутёвый муж, и шкатулка с семейными драгоценностями, доставшаяся вам от матушки.
Я приеду, и мы что-нибудь придумаем. В сундуке двойное дно, там есть незаметный штырёк… – последние слова она произносила чуть ли не одними губами, такой тихий шёпот был.
