Хранящая сердце

Ты любишь меня, Фалон? — добавила она с удивлением. — Воины Ба-Хар-ана действительно способны любить?

— Те счастливцы, которые могут найти хранительниц своего сердца. Однако не говори мне, женщина, что ты именно это ожидала услышать, потому что я уже говорил тебе о своей любви.

— Нет. Я не могла пропустить столь важное для меня.

— Когда я просил тебя стать хранительницей моего сердца, я просил тебя принять мою любовь.

— Откуда я могла это знать? — пожаловалась Шанель. — Твоя страна и моя — не одно и то же.

— Тогда позволь мне объяснить вот что, — сказал он, снова переворачивая ее в то положение, которое ему особенно нравилось. — Моя жизнь, как и мое сердце, принадлежит тебе. А теперь я подарю тебе свое дитя.

От этих слов у Шанель перехватило дыхание. Фалон снова медленно и осторожно вошел в нее. Он целовал ее, и чувства, замершие в ней с прошлого соединения, вновь ожили с пугающей силой. Страсть ее достигла вершины. Она не сомневалась, что в эту ночь ее воин сделал то, что обещал.

Когда Фалон откатился в сторону, Шанель улеглась ему на грудь, чтобы занять то положение, которое она больше всего любила, по крайней мере после.

— Ты не хочешь услышать это от меня?

— Что?

— Что я тоже тебя люблю.

— Это мне уже известно, женщина. У меня не такая плохая интуиция, как у тебя.

— Да? — в притворном гневе прорычала она. — Значит, мне не следует больше этого говорить!"

"— Я не возражаю против того, чтобы иногда это слышать и даже видеть.

— Не пытайся теперь делать мне уступки…

Шанель замолчала, услышав крик — ужасный крик, который, как она сразу поняла, принадлежал ее матери.

— Прости, чемар, — сказал он, крепко обнимая ее и стараясь утешить. — Мне не следовало помещать их так близко к нам.

Не успел Фалон это сказать, как они оба услышали смех Тедры. Шанель заскрипела зубами, полная отвращения по поводу тех неудобств, которые вынуждена терпеть.

— Клянусь, что в такие минуты мой отец не слишком серьезно относится к наказаниям.

Фалон не удержался от смеха.

— Когда ты живешь со своей подругой жизни так долго, как он, то хорошо улавливаешь момент, когда она полна раскаяния.

Шанель бросила на него мрачный взгляд.

— Ты хочешь сказать, что я должна ждать так долго?

— Очень может быть.

«Ты уверен?» — подумала она.

Высоко над планетой кружился космический корабль, и в его коммуникационных системах раздавался низкий звук, напоминавший мурлыканье.