— Если это то, что поможет мне заставить тебя сесть и поговорить со мной, то — да.
— Почему ты не можешь просто оставить меня в покое? — процедил я сквозь зубы. — Ты охренительно хорошо справился с этим много лет назад. Почему ты не можешь сделать это снова?
— Сынок…
— Я не твой сын, — я шагнул вперед, выпустив руку Ксюши. — Ты ясно дал мне это понять. И я не собираюсь этого менять. Я никогда не прощу тебя за это. Никогда! Бесполезно теперь пытаться загладить свою вину передо мной, — я понизил голос и сделал еще один шаг к нему.
— Пока мама мертва, я никогда тебя не прощу.
Лицо отца снова изменилось и я вновь заметил его перемену.
Он выглядел так, будто я его ударил.
Отец долго смотрел на меня, но молчал. А затем в его глазах разлилась жгучая боль. Я смотрел на него, тяжело дыша и чувствуя, как напрягалось мое тело.
Блять, это было совсем не то место, где мне можно было потерять контроль над собой.
Нет.
Только не в присутствии Ксюши.
Мне было интересно, как она поступит, увидев, каким уродом был мой отец и какой дерьмовой была моя жизнь.
Но я и предположить не мог, что она сделает это.
Она встала передо мной и крепко прижалась ко мне, обнимая и не отпуская.
И вся злость на отца, которая стояла перед глазами, вмиг растворилась, в голове стало пусто. А Ксюша тем временем все крепче прижималась ко мне, словно пытаясь вобрать в себя всю боль.
У меня такое было впервые, с тех пор как умерла моя мать.
Я никогда и никому не позволял так близко приблизиться ко мне и так сильно подействовать на меня.
Пересилив оцепенение, я обнял Ксюшу за плечи, а она подняла на меня свои глаза, и будто сказала, что все будет хорошо.
Что она рядом.
— Все, чего я хочу — это ужин, — тихо сказал отец, сосредоточившись на мне. — Просто ужин, — я уставился на него, не торопясь отвечать. — Если хочешь, мы даже не будем разговаривать. И тебе не нужно будет ничего делать, только сидеть и есть. Я все приготовлю сам. Вот и все, Леша. Это все, чего я хочу. Просто ужин. Сегодня.
Я не собирался отступать.
По крайне мере, я так думал. После всего, что он когда-то сказал, после того вреда, что он причинил нашей семье, я не собирался идти на поводу у его желаний.
Но сейчас…
Я закрыл глаза.
Вдохнул.
Выдохнул.
Открыл глаза.
Возможно, дело было в Ксюше. А может, в том что я увидел другую сторону своего отца, которую не видел уже очень давно.
— Просто ужин? — тихо спросил я.
— Просто ужин, — подтвердил отец и аккуратно кивнул, будто боясь спугнуть меня.
— Хорошо.
