Его лицо непроницаемо, на меня не взглянул. Что теперь будет с нами? За окном опять идет дождь. Я хочу гулять под дождем, держать Стаса за руку и знать, что имею на это право.
– Как вы тут? Ладили? – поднимаясь рядом со мной по лестнице, спрашивает Вадим.
– Оба живы, – пожимаю я плечами. – Я больше не хочу с тобой ссориться.
Я улыбаюсь и говорю, говорю… мне кажется, я не обману и идиота."
"Мы в спальне, Вадим притягивает меня к себе. Мне хочется его ударить.
– Переодевайся, сейчас буду тебя кормить, – говорю я.
– Лучше поцелуй меня.
Я хихикаю и отстраняюсь.
– Посмотрю на твое поведение. Хотя бы выпей чаю с дороги. – Улыбка у меня от уха до уха. Он улыбается в ответ, идет в ванную.
Я хватаю сотовый и бегу на веранду.
– Привет, – говорит Агатка. – Вспомнила о сестре?
– Позвони мне минут через двадцать. Придумай что-нибудь, мне надо уйти из дома.
– Что случилось?
– Агатка, не будь дурой, приеду, все расскажу. Ты поняла?
– Поняла, поняла.
Я спускаюсь вниз, через десять минут появляется Вадим.
Мы пьем чай, я считаю секунды, ну, быстрее, быстрее. Звонит телефон.
– Вадим, – говорю я. – Наверное, тебя, подойди.
– Черт, кому это неймется? – ворчит он и снимает трубку. – Да.
Я прислушиваюсь.
– Фенечка, – он вроде бы взволнован, – это сестра, кажется, твоей маме плохо.
Я кидаюсь к телефону, сбивая по дороге стул. Надеюсь, это впечатляет.
– Да.
– Балда, – дразнит Агатка. – Сестра – это наказание.
– Господи, это серьезно? – голос мой звучит трагически.
– Очень, – злится Агатка.
– Если маменька узнает об этом спектакле, публичного проклятия нам не избежать.
– Конечно, я сейчас приеду, да, да, прямо сейчас. – Я вешаю трубку.
– Что? – спрашивает Вадим.
– Мама от госпитализации отказалась, человек она своеобразный. Поеду к родителям.
– Я тебя отвезу.
– Я так тебя ждала, ты не представляешь, как мне жаль, – говорю я по дороге.
– Слава богу, впереди у нас много времени.
Агата ждет на улице. Все-таки она молодец.
– Что?
– Уснула, папа очень расстроен. Останься у нас сегодня, мало ли что.
– Конечно.
– Вадим, – Агатка демонстрирует неловкость, – бога ради, извини…
– Все нормально, я просто Фенечку привез.
– Я позвоню, – шепчу я, и мы расстаемся.
– Ну? – грозно спрашивает сестрица. – По какому случаю трагедию играли?
– Где предки?
– На твое счастье, с Михайловыми на даче, шашлыки затеяли. Так в чем дело?
– Из дома надо было вырваться.
– Зачем?
– Подумать.
– Ясно. Там думать нельзя?
– Выходит, что нельзя.
