И только сердце знает

Были также и запеченные с горчицей и в имбирном соусе куропатки, приправленные яйцами или зеленью, мясо, настолько тщательно протушенное и потому такое мягкое и нежное, что даже люди с не очень крепкими зубами могли полакомиться угощениями. Из птицы на столах были вальдшнепы, дикие утки, цапли, ржанки, жаворонки и красноножки. Для тех, кто предпочитал рыбу, была приготовлена форель, зажаренная с неспелыми фруктами, устрицы, сервированные петрушкой, вымоченной в уксусе, покица была приготовлена с чесночной подливкой, а отварная макрель — с мятным и щавелевым соусами.

А также свежая сельдь, мангусты, мидии, миноги, пироги, начиненные всевозможным рыбным ассорти. На десерт же было предложено такое множество блюд, что перечислить их все просто невозможно: ароматным фруктовым и кондитерским изделиям с разнообразной сладкой начинкой не было числа.

Да, сказав, что в Клайдоне запасов более чем достаточно, Рейна не солгала. Весь остаток дня продолжалось пиршество, а развлечения, казалось, лились нескончаемым потоком, ибо не было конца музыке, шуткам, историям, рассказанным гостями или забавными актерами, специально нанятыми для столь торжественного праздника.

Когда Ранульф наконец спустился из своих покоев, он, к своему величайшему удивлению, обнаружил, что столы уже давно убраны, веселая песня льется бойким ручейком, а танцующие, выделывая причудливые па, взявшись за руки, ходят по кругу. Его жена также присоединилась к этой шумной компании. Наблюдая за тем, как она поет и смеется в кругу своих друзей, Ранульф осознал, что увидел ее впервые за целый день, хоть она и была постоянно рядом с ним с тех пор, как они покинули церковь.

Она светилась какой-то особой радостью и выглядела необыкновенно привлекательно вовсе не из-за ее сверкающего наряда, который, однако, был неописуемо красив. Нижняя рубашка была сшита из такого же белого шелка, как и туника Ранульфа, и расшита серебром, нижняя юбка из голубого тяжелого шелка заканчивалась также серебряной вышивкой, а на бедрах Рейны покачивался сияющий красными и голубыми драгоценными камнями серебряный пояс.

На Рейне не было в тот момент ни накидки, ни вуали, которая скрывала бы все богатство ее наряда, а ее блестящие черные волосы были распущены и развевались вокруг нее волшебным облаком, когда она танцевала. Достойным завершением наряда Рейны был венок, сплетенный из серебряных колец, который она кокетливо сдвинула чуть на сторону.