Я – инквизитор

Поехали!

По просьбе отца Егория Сарычев высадил их у Витебского вокзала. До Серпуховской они дошли пешком. Выпавший утром снег посверкивал на солнце.

— Хорошо бы его на улицу выманить, — сказал Ласковин, поглядев на небо. — Пишут, солнечный свет для них смертелен. Сам он, правда, отрицает. Как вы думаете, отец Егорий?

— Много пишут, — неопределенно отозвался Игорь Саввич. — Не боишься?

Похоже, ирония Ласковина до него не доходила.

— В ужасе! — сказал Андрей и засмеялся. Он не испытывал ни малейшего беспокойства.

Вчерашнего «мага» стоило опасаться. А вампир — нечто из области фантазии. Вампир, живущий на Серпуховской и дающий интервью в бульварную газетенку? Андрей фыркнул.

— Невероятно, но факт! — сказал он и снова засмеялся. Так громко, что три девушки, шедшие навстречу, с удивлением и интересом посмотрели на него.

— А чесночку бы не помешало прихватить, — произнес Ласковин, поддразнивая своего спутника. — В крайнем случае — с борщом можно съесть. Вот сэнсэй мой говорит: борщ без чеснока — не борщ.

— Помолчи, — попросил отец Егорий, пряча руки в карманы пальто.

Ласковин пожал плечами. Он чувствовал себя слишком хорошо обученным, чтобы опасаться маньяка-психопата, ежели под вампировой маской есть хоть кто-нибудь кровожадный. В теперешней превосходной форме он мог бы упаковать не только одного шизика, но и целый дурдом вместе с санитарами.

Внешность у «вампира» оказалась самая что ни на есть человеческая. Ни намека на клыки, глаза не красные, а карие.

Ничего особенного, только волосы знатные: длинные, блестящие и черные, как вороново крыло. Единственное, что отвечало традиционному портрету упыря, — бледность. Но бледной кожей в Петербурге к концу зимы никого не удивишь. В общем, больше всего «вампир» напоминал эстрадную звезду четвертой или пятой величины. Наличествовал в комнате рояль и дорогущий музыкальный центр с колонками в полтора метра высотой, что еще больше углубляло эту ассоциацию.

Двое незнакомых мужчин, похоже, несколько удивили «вампира».

Но после короткой паузы хозяин сделал приглашающий жест, так и не задав традиционного вопроса.

Отец Егорий вошел в квартиру первым. Он снял пальто, оставшись в толстом черном свитере и мешковатых брюках. Если не принимать во внимание крест, Игорь Саввич вполне мог бы сойти за спортсмена-гребца в отставке. «Вампир» мельком взглянул на крест, но ни само серебро, ни форма, в которую оно было отлито, его не обеспокоили.