Я – инквизитор

«По какой же причине уцелел сей сказочный домик в пучине спального района?» — подумал отец Егорий, стиснув в кулаке черную с проседью бороду. А вслух спросил.

— Участок, поди, соток тридцать?

— Тридцать семь, батюшка! — Толстяк в полушубке так и лучился от удовольствия.

Фукнул ветер, и флюгер над башенкой — жестяной чертик, показывающий нос, — развернулся навстречь.

Высокий глянул на чертика сердито из-под щетинистых бровей.

— Что ж не снесли? — спросил он.

— Темное дело, — отозвался Степаныч. — Годика три назад — собирались.

Садик детский планировали. Да что-то не сладилось. Затем два агентства на него зубы точили. Одно разорилось, а второе даже проект приготовило: на кондоминиум.

— Архитектор возьми да и помри. А второго наняли — наркоман оказался. В сумасшедшем доме теперь проектирует. Третий, впрочем, все нарисовал как надо, но пожар у него в офисе случился некстати. Четвертого и по сей день нет.

— Прямо детектив! — сказал высокий и скептически хмыкнул.

— Почище, батюшка! Дом-то на продаже уж второй год стоит.

Покупателей хоть в мешок складывай. Да покупать не хотят. Сначала все хорошо, а чуть погодя — либо неприятность у них какая, либо сами отказываются. Уж и ремонт сделали — без толку. А цена падает!

Высокий с новым интересом оглядел разноцветный домик.

— Хозяин-то есть? — спросил он.

— А как же! Старушонка лет девяноста. Бойкая, однако. Она его на продажу и поставила. Через агентство «Интероксидентал» — длинное, трудно толкуемое в переводе слово Степаныч выговорил четко, с явным удовольствием.

— Славный домик, — произнес отец Егорий. — И цена, выходит, невелика.

— Меньше некуда, — подтвердил толстяк. — Не гнилой, не севший, с виду — загляденье! Но слава про него уже пошла. Нехорошая. Чертовщинка. Не боитесь, отец Егорий?

— Чушь говоришь! — буркнул высокий. — Я — монах, мне Бога должно бояться, а не диавола! — И, заметив хитринку в Степанычевых глазах, тоже усмехнулся: — Ты меня не подначивай! Давай отпирай дверь!

Внутренность осмотрели без суеты. Оба этажа, подвал, даже чердак.

Все было в порядке. Нигде не текло, не трескалось. Все покрашено и оклеено. Два туалета, ванная, как в обычной квартире, батареи, обогреваемые снизу керосиновым котлом. Котел этот был единственным, вызвавшим сомнение у Степаныча: система удобная, но случись что не так — мигом все запылает.

— Это мы заменим! — сразу сказал он и постучал пальцем по обечайке котла: спущена ли вода? Спущена.

Отец Егорий замечаний не делал, но видно было: дом ему нравится.