Я не ваша, господин следователь

— Может, ты представишь меня? — хмыкнула она.

Её компаньонка и, видимо, подруга уже отошли куда-то в сторону, где их ждал экипаж.

— Господин Сармант, эта моя младшая сестра Иллин, — произношу я. — Иллин, это Рэн Сармант…

Мужчина дарит девушке лишь короткую улыбку, но этого достаточно, чтобы сестра раскраснелась от волнения и задышала часто, но с ответом нашлась быстро. Она и в самом деле ждала этого знакомства, которое произошло совсем не по её плану, совсем не так, как мечтала она.

— Очень рада знакомству, господин Сармант, — протягивает кисть в кружевной перчатке.

Рэн смотрит на неё, потом на меня. В отличие от меня, он вполне уверен в своих действиях и сжимает руку Иллин в лёгком дружественном пожатии. Ещё бы, Иллин не должна так вести себя без присмотра родителей.

— Я не знаю, говорила ли вам моя сестра, — продолжает она, — но мы договаривались встретиться. Вишен, — поворачивается ко мне с натянутой улыбкой. — Кажется, тебе пора.

Я хмурюсь.

— Ну чего ты молчишь, Вишен? Простите, господин Сармант, она такая забывчивая, всё время приходится ей напоминать. Вишен, ты забыла, мы собирались на встречу с отцом, он не простит, если мы задержимся.

Рэн поворачивается ко мне, а я задерживаю дыхание. Иллин ставит меня в неудобное положение. Мужчина видит мою растерянность.

— У вас действительно назначена встреча? — интересуется он, чуть приподнимая тёмную бровь.

Я моргаю и смотрю на Иллин. В её взгляде буря эмоций, так что я не могу понять её. Она ставит меня перед неловким выбором: пообедать с господином следователем, как и планировали, или идти с сестрой.

Конечно, выбора не может и быть, я должна пойти с Иллин, но почему внутри всё разрывает на части от злости и возмущения? Откуда это?

Сглатываю сухость и раскрываю губы, тихо произношу:

— Простите, господин Сармант. Я действительно забыла о важной встрече.

Взгляд Рэна тяжелеет, он убирает руку с моей спины, а я с ужасом осознаю, что он до сих пор меня придерживает.

— Если это так, то не смею задерживать… Леди Лонрэйт.

Сжимаю пальцы в кулаки.

— Всего доброго, — прощается с нами и бросает последний взгляд на меня, такой проникновенный, что я вспыхиваю.

Он входит в ресторан один.

Поджимаю губы, сдерживая свои разбушевавшиеся чувства. Как же нехорошо получилось.