Я не выйду за варвара (СИ)

Испуганные и растерянные, служанки бежали за мной, не зная, что им делать.

— Ваша Светлость, — трепетали они, — Ваша Светлость, не надо, пожалуйста, успокойтесь.

Но я была нема к их просьбам. Внутри меня происходил самый настоящий ураган. Моя душа рассыпалась на части и меня преследовало нестерпимое желание привести все вокруг в такое же разрушенное состояние. Я переворачивала пуфики, кидалась подушками, бросала дорогущие платья из моего шкафа в камин. Даже до туалетного столика добралась. Флакончики духов метко летели в окна, разбивая стекло.

Скляночки с маслами и косметикой разлетались, едва коснувшись пола. И все это сопровождалось мои плачем и криками.

Когда я уже уничтожила все, что только можно было, то кинулась к двери. Я стучала по ним разбивая руки в кровь, выкрикивала проклятия нордорийцам, но на душе все никак не ставало легче. В какой-то момент двери внезапно отворились и я чуть не выпала в коридор, если бы меня в тот момент не подхватили чьи-то огромные руки.

Я даже затихла на миг от испуга.

Все еще пребывая в руках моего спасителя, я медленно подняла свои заплаканные глаза и поняла, что ошиблась. Передо мной стояло не спасение, а кара небесная. Джордж. Он смотрел на меня своим привычным, ничего не выражающим взглядом и я не могла понять, чего мне сейчас ждать.

Опешив от такого неожиданного визита я, словно ошпаренная, отскочила назад. Джордж даже позволил мне это сделать, придержав, когда я пыталась вернуться на ноги. Я сделала несколько шагов спиной назад и присела в реверансе, склонив голову перед Верховным Эрлом.

Служанки уже давно сделали тоже самое выстроившись навытяжку за мной.

— В-ваше Величество, — заикаясь здороваюсь с ним и судорожно пытаюсь набрать в легкие больше кислорода, чтобы сказать что-то еще, но тщетно.

Голова идет кругом от волнения и выпитого вина. Воздух вокруг становится таким густым и терпким, что мне с трудом дается каждый вдох. Для чего он здесь? Что ему нужно? Джордж делает шаг вперед, а я в ритм его движения — шаг назад. Начинаю нервно теряться в догадках не могло ли это быть принято за оскорбление или нарушение правил.

Бог его знает, какие там у нордорийцев обычаи. Но ноги не слушаются меня и, когда он делает следующий шаг, я опять неосознанно отступаю.

— Что здесь происходит? — спокойно спрашивает он, но я все равно улавливаю нотки металла в его голосе.

Не решаюсь ответить, а тем более поднять глаза. Не сложно догадаться, что никто не обрадуется, когда его вопрос игнорируют. И Джордж не исключение.