Я не выйду за варвара (СИ)

Всё её и больше ничье. Всё. Все судьбы, которые я могу вершить, вся власть в этой империи в манящих губах моей Анны Авроры. В её порывистом выдохе и мелкой дрожи, коей сотрясается её тело подо мной. И её тихом:

— Витторио… — как мёд по моей душе.

Я не в силах устоять от всепоглощающей волны накатившего на меня наслаждения. Всем телом наваливаюсь на Анну Аврору, разделяя с ней миг наивысшего удовольствия. Изливаюсь в лоно. Ощущаю бешенную пульсацию и то, как она неистово трясется под мной. Нежная, изящная, сейчас она выглядела лучше, чем когда-либо.

Ни дражайшие шелка, ни сияющие драгоценности не делали её такой прекрасной, как порочная эйфория, полученная благодаря мне. Самолюбие ликовало от мысли, что это я довел её до такого.

— Ты прекрасна, Душа Моя. — сказал, тяжело дыша, и коснулся её медовых губ.

— Вам было хорошо? — спрашивает Анна Аврора, словно ученица, ждущая от меня оценку.

Не смог сдержать смех. До чего же она милая в своем желании угодить мне. Даже не верится, что ещё месяц назад эта девушка готова была собственноручно четвертовать меня.

К сожалению, не учёл, что это может задеть тонкую душевную организацию моей жены.

— Что Вас так рассмешило? — обижено смутилась она, силясь отвернуть от меня свое милое раскрасневшееся личико. Но не успела, я быстро повернул его обратно и прижал супругу к себе.

— Прости, прости меня, негодника. — принялся зацеловывать алевшие щёки. — Меня просто умиляет твоя невинная наивность, что резко приходит на смену похоти. И как только в тебе умещаются эти разные, но такие манящие ипостаси?

Пришлось убрать её кисти от прозрачной ткани, гордо именуемой ночной сорочкой, которую она так рьяно пыталась натянуть с талии обратно на грудь.

Толку в ней нет. Она не только ничего толком не прикрывает, а даже мешает мне чувствовать её тепло и лицезреть красоту.

— Снова шутите надо мной? — вернулась моя стеснительная Анна Аврора, продолжавшая свою бесплодную борьбу со мной в надежде прикрыться.

— А ты снова называешь меня на «Вы»? — дерзкая усмешка не сходила с моего лица.

Ну не мог я ничего с собой поделать. Кончики губ то и дело устремлялись к ушам, растягивая мои губы в счастливой улыбке.

— Думаешь уместно так обращаться ко мне, после того, как…

— Витторио! — возмущенно перебила она меня, прикладывая свою ладонь к мои губам.

Но разве эта слабая ручка сможет мне помешать?

— …как ты извивалась подо мной, громко… — Анна Аврора таки нашла способ заставить меня замолчать, спешно поцеловав меня. Впервые на моей памяти.