Я отведу тебя в место силы...

– Достал уже! Идиот!

Чимин не выдержал и аккуратно задвинул девушку себе за спину, включил переводчик и, брезгливо глядя на алтайца, сказал по-корейски:

- Хватит уже здесь гавкать, как пес трусливый! Не видишь, девушка тебе не рада! Отстань уже от нее!

Эркин, не дожидаясь перевода, бросил с ненавистью на родном языке:

- Я убью тебя, если увижу с ней рядом!

- Нет! – вскричала Айсулу, выступая вперед. – Не смей говорить так! Уходи! Иначе я заявлю на тебя участковому!

- Убью! – повторил Эркин и, намеренно толкнув плечом Чимина так, что того развернуло, пошагал по дороге прочь.

Айсулу закрыла ладонью глаза и выдохнула:

- Он точно больной! – руки ее дрожали.

Мужчина поставил пакеты на траву и взял ладони девушки в свои:

- Ну, что ты? Что такое?

Глаза ее заблестели от слез:

- Этот идиот сказал, что убьет тебя!

- Ну и пусть говорит! Зачем ты веришь словам глупого мальчишки? – он улыбнулся, погладил ее по голове, как ребенка, а потом отер большим пальцем все-таки вылившиеся слезы, прочертившие мокрые дорожки на щеках девушки.

Губы ее дрожали, и Чимин притянул ее к себе и стал гладить по спине, утешая, негромко говоря:

- Не плачь, малышка! Все будет хорошо!

Айсулу затихла, а потом отстранилась, быстро огляделась, но деревенская улица была пуста. Отерла слезы ладонью и сказала:

Он подхватил оба пакета в одну руку и решительно взял ее ладонь:

Когда они вернулись домой, Алтынай все-таки заметила покрасневшие глаза дочери:

- Что такое? Что-то случилось, дочка?

- Мама, этот дурак Эркин вообще уже не понимает, что творит! – возмущено выпалила девушка.

- А что такое? Что он натворил?

- Вбил себе в голову, что я его девушка, и начал угрожать Чимину.

- Что, опять? – воскликнул Аржан.

- Да, - кивнула она.

- Доченька, ну, а разве…

- Мама, сколько можно повторять – я не его девушка и никогда ей не была!

Чимин поставил пакеты на стол, который уже вынес Аржан.

Алтынай недоумевала:

- Но ведь в детстве вы были не разлей вода…

- Мама, это было в далеком детстве! С тех пор все изменилось! Но он своим упрямым мозгом никак не хочет уразуметь, что я ему – никто! Я не собираюсь становиться ни его девушкой, ни тем более – его женой! Господи! Как он достал меня!! – и девушка, уже по-настоящему разъяренная, влетела в аил и хлопнула дверью.

Все трое переглянулись, и Аржан спросил друга:

- Что на сей раз? Чего он учудил, что сестра так разозлилась?

- Ну, знаешь, он говорил по-алтайски, я не понял.