Я отведу тебя в место силы...

Пальцы ее были в земле (полола сорняки), лидо покраснело на солнце:

- Братик, вы так рано уехали! Чимин-оппа, тебе понравилось в Усть-Кане?

Чимин, который был в этот раз без переводчика, несколько секунд непонимающе переводил взгляд с девочки на друга и спросил:

- Аржан, что она сказала?

- О! Ты и по-английски говоришь?! – удивилась та.

- Конечно! – ответил вместо него студент. – И по-японски тоже.

- Ух ты! Класс! – восхитилась она.

- Да спрашивает, понравилось ли тебе в Усть-Кане.

- Да, да! – по-английски ответил Чимин и разулыбался.

- Я знаю, - так же по-английски сказала младшенькая и тоже расплылась в улыбке.

- Ладно, пойдем, - позвал друга Аржан. – Надо помыть руки. Да, Эркелей! А мама где?

- Пошла в магазин, за продуктами, - ответила девочка по-алтайски.

- Нет, когда я проснулась, сестры уже не было. Мама сказала, что она опять ушла на этюды.

- Пешком ушла? – удивился Аржан.

- Ага, - беспечно ответила та.

- А ты почему не пошла с мамой? – нахмурился он.

Чимин почувствовал перемену в настроении друга и спросил:

- Мама ушла в магазин. Опять ей тяжело будет нести продукты…

- Так пошли, поможем! - предложил кореец.

Парень только фыркнул:

- Пошли скорее! А то пока собираемся – тетушка уже домой вернется.

- Точно! Пошли, - и они вышли за калитку и быстро пошли в сторону центра, где, в основном, и располагались магазины.

И правда, у одного из сельских магазинов они увидели выходящую из двери мать и еще одну женщину, примерно тех же лет.

- Здравствуйте, тетя Шанкы!

- Ой, Аржанчик! На каникулы приехал? – расплылась в улыбке женщина. – Алтынай, какой у тебя сын-то красивый стал! И настоящий городской житель! А этот юноша – кто? Что-то я раньше его у нас не видела…

- Тетя Шанкы, это мой друг – Чимин. Он музыкант, приехал на Алтай в отпуск.

- Красивый! – оглядев того пристальным взглядом и, видимо, оставшись довольна увиденным, сказала она.

Чимин, догадавшись, что речь идет о нем, поклонился еще раз и улыбнулся своей очаровательной улыбкой. Парни уходили со двора спешно, и он не захватил с собой переводчик, о чем сейчас уже жалел.

Женщины, распрощавшись, пошли в разные стороны. Ребята забрали пакеты из рук Алтынай (наконец-то Чимин узнал имя матери семейства), и все трое направились к дому.