Я отведу тебя в место силы...

Путники ехали уже некоторое время, когда Аржан, двигающийся впереди, приостановил свою лошадь, и когда Чимин и Айсулу подъехали, сказал:

- Теперь будем двигаться вдоль берега Кумира. Слышите, как он шумит вон там? – и показал рукой куда-то в сторону поросшей густым лесом горы.

- Нам нужно будет ехать в гору? – спросила девушка. Казалось, за время скачки верхом она успокоилась и опять выглядела безмятежной.

И музыкант снова задался вопросом, что же такого могло произойти, что каждый раз, видя его, она вспыхивала от смущения.

Но, естественно, вслух он ничего не сказал.

А Аржан ответил сестре:

- Совсем немного, там дальше река течет по ущелью.

Путешественники въехали в лес. Теперь они продвигались вперед медленнее, находя путь между деревьями и густым кустарником. Громкий шум реки, стремительно несущейся по ущелью, хорошо был слышен в лесу, что не позволяло им заблудиться.

Через какое-то время Аржан предложил спешиться и подойти ближе к реке, чтобы рассмотреть ее получше.

Так они и сделали, оставив лошадей на полянке совсем рядом с высоким обрывистым берегом, а сами подошли ближе к краю. Эркелей тут же восторженно разохалась. Будь Чимин помоложе, с удовольствием присоединился бы к девочке.

Тут, и правда, было на что посмотреть. Мощный бурный поток, прокладывающий себе путь в ущелье, с множеством порогов и перекатов, с яростью мчался через громадные камни. Вольной птицей летел на простор, на свободу, и, кажется, не существовало такой силы, которая могла бы обуздать его, сдержать, приостановить.

Вода в реке была очень чистая и прозрачная, так что каждый камень, каждый валун на дне виднелся отчетливо, а цвет ее был совершенно изумительный. В родном языке Чимин точно не смог бы найти для его обозначения подходящего слова. Можно сказать: прозрачно-стальная, с легким изумрудным оттенком – и все равно, это было бы очень приблизительно. Казалось, она утоляет жажду одним своим видом.

Складчатые вертикальные склоны ущелья были восхитительны.

Изломанные каменные пласты, казалось, наползали друг на друга, теснясь и обгоняя, а сверху зеленая масса густого лиственного леса нависала над рекой, сбегая по естественным ступеням, цепляясь корнями за мельчайшие трещины в породе, отстаивая свое право на существование.

Картина была настолько великолепная, что Чимин замер на месте, не в силах пошевелиться. И услышал, как рядом восхищенно выдохнула Айсулу.