Я тебе запрещаю

Я трахал ее, а она сжимала своими пальчиками спинку кресла и стонала, опустив голову.

Сука. Обещал же себе не вспоминать!

Нет! Я не буду дрочить на ее фотографию. Больше не буду!

Выключаю телефон. Закрываю глаза и стараюсь думать о чем-то другом.

Но почти тут же вскакиваю и выбегаю из дома.

Я еду к Марии Эдуардовне. За Настей.

Хватит. Пусть считает, что она победила. Пусть так думает.

Если ради этого придется поссориться с Марией Эдуардовной, плевать.

Поэтому решительно звоню в дверь.

Мне открывает хозяйка.

— Здравствуй, Рустам, — печально, как мне кажется, говорит она. — Проходи.

— Мария Эдуардовна, — я решаю сразу обозначить свою позицию, — Вы мать Михаила и Вы знаете, что я Вас уважаю. Но я всё равно заберу Настю. Я правда пытался. Не смог. Мне нужна она. И ради того, чтобы она была со мной, я пойду на все. И, если Вы решите, что я мерзавец и прекратите со мной общение, я приму Ваш выбор. Но я не могу без Насти. И она… Я знаю… Позовите ее.

Мария Эдуардовна смотрит на меня как-то равнодушно.

— Где Настя? — спрашиваю я, уже чувствуя тревогу.

— Настя убежала, Рустам, — Мария Эдуардовна обнимает себя. — Я не знаю, куда, Рустам. Ее не могут найти. Рустам, я волнуюсь.

— Когда сбежала? Почему? Вы ей звонили?

Да что такое происходит?

Мария Эдуардовна опускает взгляд.

— Все так ужасно вышло, Рустам. Не знаю…

— Да что случилось-то?! Мария Эдуардовна! Не тяните! Где Настя?

— Маргарита приходила.

— Она принесла тест.

Господи, как все медленно происходит! Будь на месте Марии Эдуардовны мужик, я бы давно вытряс из него всё.

— ДНК, — говорит Мария Эдуардовна. — Настя не дочь Михаила, Рустам.

— Что за бред?! Настя поэтому ушла? Вы прогнали ее?

— Нет, Рустам, я не прогоняла ее. Она сама. Ночью. Я должна была с ней поговорить. Должна была.

Она сокрушенно качает головой.

— Что Вы ей сказали? — спрашиваю строго.

— Ничего, Рустам. Вот именно, что ничего.

— Рустам, найди ее. Пожалуйста, найди, — неожиданно умоляет она. — Даже если она окажется не дочерью Михаила… Я так привыкла к ней.

Она почти плачет. Я редко, когда видел эту женщину плачущей.

— Хотя и тест не мешало бы повторить, — вот это уже говорит Мария Эдуардовна, которую я знаю.

Я прощаюсь с ней и сразу же звоню в службу безопасности.

Теперь ее точно найдут. Вопрос лишь времени.

Черт. А если она и правда не дочь Миши? Что это меняет? НИЧЕГО!

Все равно она будет моей!

Проходит несколько дней. Поиски пока не приносят результата.