Я тебе запрещаю

Поэтому быстро залезаю в интернет. Ищу похожее. Ну, точно. Оно! Сука!

Она что, беременна? Такой подарочек мне принесла?

— Я уже скоро выхожу! — весело смеется она. — Не ругайся, дядя Рустам.

— Настя, — строго говорю я. — Ты беременна?

Тишина. Значит, да. Сука.

— Да, — говорит тихо.

Теперь очередь молчать мне.

— Подожди, Настя. Ничего не говори. Я не готов.

— Не приезжай пока. Мне надо подумать.

— Рус… — просит она. — Не надо так…

— Мне надо подумать, Настя. Не дави на меня.

Мне кажется, даже через телефонную трубку я слышу, как Настя собирается плакать.

Но нет. Мне надо побыть одному. Поэтому — нет.

— Я сам позвоню, — говорю напоследок и кладу телефон.

Все разбивается одной маленькой бумажкой.

Почему опять эти сложности? Ведь все было просто идеально. Я. Настя. Мы вдвоем. И нам никто не нужен.

Но оказалось, что теперь кроме нас есть еще и кто-то третий.

Я никогда не думал, что стану отцом. Мне это было не надо. Зачем? Какой из меня отец? Что я могу дать этому ребенку?

Но я понимаю, что Настя не будет делать аборт.

Готов ли я отказаться от нее из-за ее упрямства?

Этот вопрос заставляет меня налить виски и залпом осушить стакан.

Черт! Я скоро сопьюсь с этой несносной девчонкой! Только ей удается так довести меня, что я сам не знаю, чего хочу. Сам не уверен в правильности своих поступков.

Убираю бутылку в бар.

Нет. Я не могу себе позволить напиться. Не сейчас.

На телефон приходит сообщение от Насти:

«Я не буду делать аборт. Я сама воспитаю моего ребенка».

Сама она воспитает. Взрослая нашлась.

Ничего не отвечаю ей.

Сижу в кресле перед камином и думаю. Вся жизнь проносится перед глазами. Как я жил? Для чего? Вечная погоня за прибылью. Ни к чему не обязывающие потрахушки со шлюхами типа Лики. И меня все устраивало.

Тогда почему сейчас хочется другого? Хочется одну. Навсегда.

Перевожу взгляд с камина на букет. Красивый. Но без той, кому он предназначался, абсолютно ничего не стоит.

Почему она не сказала вчера? Зачем эта коробка?

Хотя, что это изменило бы? Да ничего! Абсолютно ничего! Также как не изменило и то, что ее отец — мой лучший друг. И то, что у нее теперь нет акций.

Все меркнет перед моим желанием быть с ней. Только с ней.

Беру телефон и набираю Настю. А она не отвечает. Игнорирует мои звонки. И второй, и третий.

Тогда я звоню Марии Эдуардовне.

— Добрый вечер, — говорю в трубку.