Я тебя куплю

Только плечо…

— Садись! — Медсестричка усаживает меня и начинает жуткие манипуляции по вправлению сустава. — Будет неприятно. Придется потерпеть. Готов?

Я даже кивнуть не успеваю, как острая боль пронзает руку, разливается теплом по спине и стремительно угасает.

— Ага, фея-крестная. На, попей… А теперь ложись. — Она продолжает прерванное протирание моих ран.

В матовом мраке я почти не вижу ее лица, зато хорошо слышу, как она шмыгает носом. Ревет, дурочка.

— Они что-то сделали тебе?

— Нет. А сделали бы, не сказала.

— Ничего, оклемаюсь.

— Так нельзя, Камиль! Ты же знаешь Адель и Романа! Они нисколько не шевелятся, чтобы вытащить тебя отсюда. Сейчас тебя уже засовывали бы в полиэтиленовый мешок! Хорошо, что у меня остались связи из прошлого…

— Что?! — Я отмахиваюсь от ее руки и приподнимаюсь на локте. — Что ты сделала?!

— Считай, нашла нам адвоката!

— Кто тебя просил?! — рявкаю я. — У меня есть адвокат!

— Это ты так думаешь! Знаешь, какие условия выставил мне твой брат, чтобы ускорить его работу? Предложил поужинать с ним!

Ни хрена себе! Не успел я сесть, а братец уже возле моей девчонки пришвартовывается.

— А, не ожидал! Так что скажи мне спасибо! — Она толкает меня в плечо, укладывая обратно.

— И что? Ты поужинала бы с ним, если бы не нашла другого адвоката?

Медсестричка замирает. Но не могла же ты не думать об этом. Давай, отвечай честно.

— К счастью, нашла, — говорит она. — Так что сегодня ты будешь ночевать в больничной палате.

Твою мать! Рано, девочка! Что же ты наделала?! Умеешь же ты создать мне проблемы.

— Я имею в виду, в палате нормальной, действующей больницы, а не заброшенной психушки.

Так вот где нас держат! Ну тогда окей, можно топать на свободу. Больше мне нечего тут ловить.

— Ладно, — отвечаю я.

— Ладно? Не спасибо, а ладно? Камиль, тебе вообще знакомо такое слово? Тебе трудно поблагодарить человека за помощь? За доброе отношение?

— Один — один, не за что благодарить.

— Это я вывел следака на тебя.

— Ну да, защитник из тебя сейчас прямо огонь, настоящий терминатор. — Она опять протирает мое лицо и тяжело вздыхает. — А паспорт мой где? В машине нет, в комнате тоже.

— Ты уже и машину осмотрела? — усмехаюсь я. — И как она?

Как же она хороша, когда злится и ворчит! Маленький шипящий котенок.

— Паспорт я надежно спрятал. Сбежать хотела?

— Нет, — мотает она головой.