Я украду твоё сердце

− Что случилось, Лусия? – отстраняется от меня мой жених и направляется к ней… Постойте, какая Лусия? Кто такая Лусия?

− Это не дана Чиара? – хмурюсь я.

Но меня никто не слышит.

− Простите, дан Антонио. Я такая неуклюжая, − тараторит эта ошпаренная неизвестно кто. – Я всё уберу. Случайно уронила. Сейчас, только ожог обработаю…

− Дайте вашу руку, данна, − строго приказывает «дан Антонио». Я даже не знала, что он тут так себя называет.

Девушка, раскрасневшись, протягивает ему ладонь. А там действительно всё очень плохо, насколько я вижу и чувствую отсюда.

Ожог серьёзный. Вся кисть красная.

Азим ловко накладывает обезболивающее заклинание, начинает плести ещё что-то снимающее воспаление. Но этого мало.

− Позвольте мне, − решительно иду к ним, стараясь не обращать внимания на то, с каким обожанием эта рыжая Лусия смотрит сейчас на моего жениха.

Азим удивлённо вскидывает на меня взгляд, но тут же с понимающим кивком уступает мне место, позволив перехватить у него ошпаренную конечность.

Девица, удивлённо моргнув, теперь таращится уже на меня. Далеко не так… влюблённо.

Целительский дар мне передался от матери. Хотя целительница из меня далеко не такая сильная, как иллюзионистка. И уж тем более мне далеко до мамы. Но уж залечить простой ожог смогу без проблем.

Выровняв дыхание и прикрыв глаза, я тянусь к своей врождённой магии. И, пропуская её через кончики пальцев, вливаю в простенькое заживляющее заклинание, созданное больше для отвода глаз.

− Ох, всё исчезло, и боль прошла.

Спасибо вам большое, данна, − уже вполне искренне улыбается Лусия, когда на её коже не остаётся даже следа.

− Не за что, − киваю я спокойно, отпуская её руку. Смотрю выразительно на Азима. – Представишь мне нашу… гостью? Ты говорил, сегодня придёт данна Чиара.

− Данна Чиара заболела. Её дочь, данна Лусия, пришла вместо неё, чтобы убраться и приготовить нам еды, − объясняет мне его босварийское высочество. – Лусия, это данна Роза, моя невеста.

Хм, а я Роза, значит? Банально.

Но хоть красиво, и на том спасибо.

− О, мы не знали, что у вас есть невеста, дан Антонио. Поздравляю вас, данна, − натянуто улыбается она мне.

− Благодарю, − улыбаюсь с той же долей искренности.

Кажется, кое-кто явился сюда, надеясь, что «дан Антонио» тут один-одинёшенек, и будет совсем не прочь, если его одиночество скрасят. А тут вдруг невеста появилась. Такое потрясение для бедняжки, что она вон даже членовредительством занялась.