Я - ваши неприятности

Улыбчивый распахнул заднюю дверь, и меня втолкнули в машину, там находились еще двое — один за рулем, другой на заднем сиденье.

— Будь как дома, — сказал он мне. Я посмотрела на всех четверых и поняла, что дела мои хуже не бывает. Если бы я не стояла на тротуаре, раскрыв рот от изумления, то имела бы шанс выбраться из передряги: закричать или пуститься наутек. Теперь же оставалось одно: сидеть тихо и надеяться, что, может быть, жива останусь.

— Поехали, — сказал улыбчивый, который перестал улыбаться и сейчас выглядел чрезвычайно деятельным.

— Вовка, — подал голос сосед слева. — Может, ей рот заклеить?

— Не надо, — торопливо вмешалась я. — Я ничего такого делать не собираюсь. Только не трогайте меня, пожалуйста.

Вовка посмотрел оценивающе. Мой жалкий вид возымел действие, он кивнул, и рот мне заклеивать не стали.

"Девятка” покатила по городу, залитому солнцем. Возле перекрестка томились два милиционера на патрульной машине, и никому не было до меня никакого дела.

— Извините, — начала я вкрадчиво.

Была у меня идиотская мысль, что это шуточки Юрика и все как-нибудь утрясется.

— Я ведь уже говорил, рот закрой, — откликнулся здоровяк рядом.

— Но ведь должна я узнать… или попытаться. Мне ведь страшно.

— Брось, — хохотнул тот, кого звали Вовкой. — Мы еще даже пугать не начали.

— Да мне ведь много и не надо, — о мудро рассудила я. — Я имею в виду, чтобы до смерти перепугаться…

— Будет время, не волнуйся.

Я попыталась отгадать, шутят они или нет, и на всякий случай стала шарить в сумке в поисках валерьянки.

— Чего у тебя там? — заинтересовался здоровяк. Вытряхнул содержимое на колени и принялся копаться.

— Ну? — промычал Вовка.

— Колеса ищешь? — спросил он меня.

— Колеса? — Тут я вспомнила, что сильно развитые дети так называют таблетки, и кивнула.

— Съешь, если очень хочется.

Я проглотила сразу три, но облегчения не намечалось. Меня подергивало, а руки дрожали так, что самой стало смешно.

Мы стремительно покинули город и теперь подъезжали к дачному поселку, тому самому, где вчера я была с Циркачом. Мысли метнулись в другую сторону: а что, если это он сильно разозлился на мою неласковость? Пока я гадала, мы въехали во двор новенького особнячка. Правда, выглядел он не только новеньким, но и необитаемым.