Я знаю, что видел

На этот раз он для разнообразия ослабил галстук, что вкупе с длинными волосами придает ему бунтарский вид.

– Послушай. Насчет того раза. Я волновался за тебя. И вот еще что – извини. Я не должен был так себя вести.

– Все нормально, – отвечает тот, опустив взгляд.

– Возьми, – протягиваю ему Пруста, который все это время лежал у меня в кармане. – Взамен той книги, что я забрал у тебя.

Он в замешательстве смотрит на нее, потом берет.

– Спасибо. Я так в конце концов и не вернулся. Вы правы, это было опасно. – Он улыбается, но улыбка у него грустная.

Наступает пауза, и он встает, не зная, куда девать болтающиеся вдоль тела руки. Я тоже не знаю, что мне делать, и мы неловко стоим друг перед другом, пока наконец я не говорю: «Не поможешь с этим?» И указываю на компьютер.

Он улыбается, садится за монитор, чувствуя себя как дома. Его пальцы с легкостью пляшут по клавишам.

– Мне надо отправить электронное письмо своим солиситорам, но я не знаю, с чего начать.

– Солиситорам? Что произошло? – Он смотрит на меня с беспокойством.

– Долгая история, – отвечаю я тоном, не подразумевающим дальнейшую дискуссию.

– Не уверен… знаю только имя: Джанин Каллен, – отвечаю я без особой надежды.

За пару секунд он вбивает имя на клавиатуре и снова задумчиво смотрит в экран. То и дело он хмыкает и кивает сам себе, полностью погруженный в процесс решения задачи.

– Так, нашел. Вот, можете послать ей письмо с моего аккаунта. Или лучше мне?

Я поражен скоростью, с которой он перемещается по этому миру.

– Можешь просто сказать, что я приду к ней на встречу? Сегодня? Допустим, прямо сейчас?

Мои слова его позабавили.

– Не уверен, что так это работает, но ладно. Отправил, – говорит он.

Встаю и собираюсь уйти, но он меня окликает, держа в руке Пруста:

– Надеюсь, все получится.

От библиотеки до ее офиса минут двадцать-тридцать пешком, он рядом с полицейским участком Паддингтон Грин. Толкаю дверь, и секретарь на входе, увидев меня, замирает.

– Все хорошо, – успокаиваю я ее, – у меня назначена встреча.

Я отдаю себе отчет, что мой голос вовсе не соответствует внешности. Одежде Себа ночь далась тяжело; оглядев себя, я впервые замечаю следы пепла на животе и уголь под ногтями и на ладонях. Интересно, трогал ли я лицо и есть ли на нем теперь боевая раскраска? На автомате начинаю отряхиваться, и в этот момент что-то сыплется у меня со спины прямо на ковер.