Я знаю, что видел

Не хочу, чтобы он ненароком заметил меня. Если опустить взгляд в газету, он меня не увидит. Он прижимает к валидатору дорогой бумажник и проходит через турникет.

Дневной свет сбивает с толку. Мне необходимо пристроиться за кем-то, чтобы пройти через турникеты, но из-за света я теперь на виду. Приближаюсь к выходу, и сердце колотится. Здесь не так уж легко будет за кем-то пробежать. У дверей стоит сотрудник метро. Если начнутся разборки, Эбади тут же обратит на меня внимание. Медленно продвигаюсь вперед, глазами выискиваю хоть какую-то лазейку.

И тут с облегчением вспоминаю, что в кармане лежит проездной, который дал мне Себ.

На улице солнце уже покинуло небосвод, принявший металлически серый оттенок. Через несколько секунд, как бы в подтверждение произошедшей перемены, с неба посыпалась тонкая морось. Впереди меня идет Эбади, с каждым шагом мелькают красные подошвы. Он опустил лицо, прячась от ветра. Вместе мы доходим до развилки Парк-Ройал-роуд. Слева выстроились домики весьма плачевного вида – все разбитые, недолюбленные.

Справа – что-то похожее на большой парк, огороженный невысоким кирпичным забором с железной решеткой наверху. Он переходит дорогу к парку и останавливается у входа.

Что он там делает? В парке, на расстоянии многих миль от дома? Тротуар поворачивает и выводит меня к кирпичным колоннам, обозначающим вход. На левой колонне прибит знак, на котором написано «ГЛАВНЫЙ ВХОД». И тут, прямо над этими словами, я вижу другие два – написанные зелеными буквами, – и мое сердце замирает.

Глава двадцать восьмая

С кладбищами у меня не складывается. Во всех углах этого священного места обитает дух Рори. В иные дни, когда я помышлял лишь о выживании, от него было вообще не скрыться. Даже в такие дни он проникал ко мне, просачивался сквозь трещины в камне. И нужно было приложить все силы, чтобы выдавить его обратно.

Здесь же он летит прямо на меня – со всех сторон сразу. Он везде. Улыбается. Укоряет.

Призраки невыносимо сдавливают мою черепную коробку, но я заставляю себя двигаться дальше.

Ссутулившись от холода, Эбади кажется неуверенным, но тем не менее вполне уверенно шагает к своей цели. Он обходит старую часовню, в которую упирается дорожка, а затем идет прямо к рядам могил. Он легко огибает надгробия, неровная дорога ему не преграда. Опустив лицо, пробираюсь за ним сквозь кусачий ветер.

Эбади плотнее, чем показалось мне ранее, но, несмотря на свой вес, двигается он легко.