Ядожал

– Эрика, голубушка, кабы я был уверен хоть в чем-то, то не засунул бы мальчика в соседний бокс. Мы имеем дело с новым и непонятным для меня заболеванием, которое противоречит всем обычным правилам течения болезни, и поэтому…

Не став приближаться к могучей кучке, я прокралась по коридору мимо боксов. Если слово «прокралась», конечно, уместно применить к моей обессиленной походке. Но в текущем состоянии не проползла – и уже хорошо!

В двери каждого бокса имелось специальное окошко, чтобы видеть пациента, поэтому отыскать нужное не составило особого труда.

Кристен Арктанхау сидел на полу, сложив ноги перед собой, и коротал время за игрой в мяч. Желтый снаряд срывался с его ладони, летел через всю комнату, ударялся о стену и возвращался обратно, чтобы снова пуститься в свой бессмысленный путь.

Стоило мне остановиться перед дверью, как таинственная магия притяжения нас двоих снова сработала. Кристен поймал мяч, резко повернул голову, встретился со мной взглядом, и мое сердце замерло, чтобы забиться в два, нет, в три раза быстрее!

Одним плавным движением северянин поднялся.

Его глаза жадно всматривались в мое лицо, и я прилагала все силы, чтобы улыбка на моих губах не казалась вымученной.

Кристен подошел, оперся согнутой рукой на стекло и на секунду замер, разглядывая меня так, будто по ту сторону замерла не усталая адептка Адриана Нэш, а смысл его жизни. Большая ладонь легла на прозрачную поверхность, и я, повинуясь внезапному порыву, приложила к ней свою. Пальцы ощутили холод стекла, но сердце словно не почувствовало возникшей преграды.

Внезапно какое-то движение в глубине коридора привлекло внимание Кристена. Он потянулся в сторону, взял с тумбочки блокнот, быстро написал что-то на чистой странице, перевернул и приложил лист к стеклу.

Я так отчаянно затрясла головой, что возмущенно хрустнули шейные позвонки. Звездокрылы умирают друг за другом. Если Астрид заразилась, а Кристен был с ней в контакте, то, возможно…

Неужели ему не понятно, как это может быть опасно?

Видимо, нет, потому что Кристен снова быстро написал что-то в блокноте и показал мне три коротких предложения:

Я медленно кивнула, убрала руку от стекла, развернулась и пошла по коридору к преподавателям.

В конце концов, что плохого в том, что я передам его просьбу? Тихон Горячий некронавт, а не дурак. Если Кристену будет грозить опасность, то его никуда не допустят.

– Я допросил Веронику Подорожную, – услышала я голос брата. – Она ничего не знает. Вчера случайно уснула в комнате сестры.