Яфет

Яфет остановился, пытаясь рассмотреть и понимая, что человек, если это человек, пристально рассматривает его уже давно. Он машинально коснулся рукояти Меча.

Одно настораживает – лес вокруг, нависающее серое с голубым небо, все просматривается до деталей. Но фигура впереди остается мутной, едва различимой, словно соткана из тумана, принявшего человеческий облик.

Яфет сделал всего несколько шагов по тропинке, но сразу ощутил, что стоит на месте, а лес ринулся навстречу. Порыв ветра бросил в лицо волну запахов: хвои, мха и листвы.

Таинственная фигура внезапно оказалась прямо перед ним. Теперь Яфет рассмотрел, что этот человек такой же рослый и широкоплечий, как и он сам, словно тцар смотрит на свое отражение в воде.

Его захлестнуло чувство сильнейшей вражды к незнакомцу. Будто узрел недруга, с которым давно мечтал встретиться, но что-то постоянно мешало.

– Кто ты? – вопросил тцар.

Он сделал несколько шагов к чужаку, но понял, что снова не сдвинулся с места.

Голос раздался у тцара в голове. От изумления он побледнел, но взял себя в руки.

– Кто ты? – спросил уже тише, нутром понимая, что слова бессильны, но все еще выговаривая по привычке.

– Ты давно жаждешь моей смерти, – молвил в голове голос. Глухой, усталый и очень похожий на его собственный. – Каждый день ты посылал мне проклятия. Вот я и вышел к тебе. Твоя мечта сбылась, сын Ноя, внук Мафусаила, переживший Потоп.

– Если ты от невров, – сказал Яфет, – то я все сделал.

– Ничем ты не наделен, кроме самомнения и амбиций.

Человек шагнул к нему, и Яфета охватала животная ненависть, гнев. Меч на попытки вытащить не отозвался, как примерз в ножнах. Тцар бросился чужаку. Выставив руки, обхватил незнакомца, сдавил в железных объятиях, попытался дать подножку.

Незнакомец превратился в силуэт из дыма.

Яфета сбил с ног мощнейший удар в лицо. Он вскочил, сплевывая кровь, но чужака и след простыл. Тцар вытаращил глаза.

Его обхватили незримые руки, сдавили ребра. Настолько могучие, что даже не смог сопротивляться. Земля ушла из-под ног, затем метнулась навстречу, ударив по плечу, больно и сильно. Яфет вскочил и обрушил на едва различимый силуэт громадные кулаки, вкладывал в удары пробудившуюся звериную мощь.

Враг даже не качнулся. Яфет взревел, снова сдавил в могучих объятиях. Они покатились по траве.