Яфет

Поверь и теперь! Пока не искупим гордыню, что ты с братьями проявил при строительстве Башни, мы так и будем ходить по этой пустой и мертвой земле.

Он повернулся к каменной гряде, за которой шумит море.

– Все, что нам нужно – пахотные земли, леса, реки, возле которых можно построить города – они все на том берегу, тцар. Боги мне дали это ясно понять! Я вижу эти сны уже третью ночь подряд! Это верный знак! К тому же, нас в любой момент может настигнуть погоня, сам знаешь.

Соколиный Клюв покачал головой, смотрит с нажимом и горечью.

– Ратибор уже пал. Если не принесем жертву, мы обречены!

Подошел Громострел, широкий и грузный, за время отсутствия Яфета как будто сделался старше. В бороде добавилось седины, на лбу прорезались новые морщины.

– Тцар, – молвил он, – мы тебе повинуемся! Но…ты правитель на земле и решаешь дела земные. Волхвы на то и волхвы, чтоб разговаривать с богами, толковать их волю. Прошу, позволь принести жертву! Сделаем, как говорит Соколиный Клюв, и поедем дальше! У меня вот прям чуйка, что после этого удача повернется к нам лицом, а не…гм…другим местом.

Яфет хмуро оглядел военачальников. Посмотрел на стоящих поодаль простых воинов, их жен, стариков, на крепких мужиков из их родни. Все смотрят с надеждой, а дети еще и глядят так, будто он сам и есть сошедшее с небес божество. Всемогущее и всесильное. Которое все поправит, всех защитит и спасет.

– Яфет! – раздался вдруг женский голос.

Тцар поднял голову. К нему, от стоящих рядом повозок с яркими шатрами торжественно идут три женщины.

Две из них выглядят старше третьей. У одной волосы, как вороново крыло. У второй – цветом как спелые каштаны. В волосах у нее серебряные украшения, крупные бусины жемчуга, вплетены прямо в волосы.

Третья ниже ростом, не такая дородная и ширококостная, как две первые. На плечи спадает водопад золотистых волос. Они и без украшений затмевают темные локоны остальных двух жен тцара, как и сама она затмевает их красотой.

– Златокора, – прошептал Яфет с нежностью, узрев любимую жену и двух других, к которым чувства уже давно остыли.

Боль и усталость в мышцах в миг отступили при виде Златокоры, при взгляде на ее нежное юное лицо.

Перед тцарскими женами с почтением расступаются. Они вышли к Яфету одна за другой, склонили головы, выражая почтение и послушание.

– Милена, Миштар, – сказал он, глядя на старших жен. – Вы тоже пришли меня уговаривать?

– Яфет, – произнесла Милена, глядя из-под густых черных бровей.