Японская война 1904. Книга вторая

Как и говорила молва, дерзок и несдержан.

— Можете называть меня по имени, Александр Александрович, — Бильдерлинг нашел, как решить хотя бы часть проблем. Если он сам разрешит полковнику некоторые вольности, то ему и не придется с ними разбираться, уже проще. — Что ж, значит, вас прикрепили к Восточному отряду.

— Опять прикрепили. Когда мы с генералом Засуличем стояли на Ялу, именно мы были тогда Восточным отрядом армии.

— Вас успело помотать… — Бильдерлинг решил довериться интуиции и поговорить прямо. — Вы знаете, что я был совсем не рад переводу вашего корпуса?

— Простите?.

— Две неполных дивизии, почти без кавалерии. Пушки? Только одна батарея новых 76-миллиметровых, все остальное — старье.

— Но люди скажут, что вас было трое, — Макаров не стал спорить и даже пошутил.

Действительно, его недокорпус чем-то напоминал всклокоченного гасконца. Непритязательный вид, но шпагу держать умеет. В смысле уже приносил пользу на поле боя и наверняка еще принесет. Тем более Куропаткин пока прямо сказал, чтобы Бильдерлинг не рассчитывал на полковника в атаке… Генерал задумался, что, может, они еще и сработаются.

Следующий час они с Макаровым провели над картой. Полковник рассказывал, как планирует развернуть доверенные ему части, как выстроить линии укреплений и снабжения. И чем дальше, тем больше виделось смысла в его словах. Генерал даже искренне включился в обсуждения и докинул пару задач по захвату и контролю некоторых населенных пунктов на будущем пути Восточного отряда.

Арсений Лосьев совсем не так представлял появление их выпуска в армии. В рассказах отца и старших товарищей назначение в будущий штаб всегда выглядело немного пафосно, а тут… Словно девиц в кабаке их разговорил разбитной казак, подал кому-то сигнал, и через какое-то время к ним подошел незнакомый подполковник.

— Поздравляю, господа, — таинственно усмехнулся тот. — Начиная с завтрашнего дня вы служите во 2-м Сибирском корпусе.

Тогда это им всем показалось странным, но, учитывая героические рассказы и слухи, что ходили о полковнике Макарове, молодые штабисты в целом были довольны тем, что случилось.

— Подождите! — возмутился Брюммер, когда осознал, что ни он, ни кто-либо еще не направлен в штаб.