Готов к этой боли, насколько бы сильной и уничтожающей она ни была после. Я доброволец, который первым поднял руку с криками: «Я готов. Я хочу». Готов утонуть в этом прекрасном чувстве, погрузиться, рухнуть в него без страховки, на свой страх и риск, чем бы всё это ни закончилось для меня.
Но как только я собираюсь всё это выкрикнуть, сказать ей в глаза, она останавливает, резко обрубая:
– Молчи. Не нужно слов.
И уходит. Молча. Ни разу не оглянувшись.
А у меня в этот момент словно адское месиво под рёбрами переворачивается, перекрывая кислород.
Ударяю с силой по газам, лечу, как бешеный, по городу в свою квартиру, чтобы остаться одному, перевести дыхание.
Большая элитная квартира, которой я так гордился, кажется мне огромным торговым центром, в котором холодно и неуютно, а по пустым залам эхом разносится моё тяжёлое дыхание.
Ушла. Даже шанса нам не дала. Значит, ей всё равно. Значит, правду говорила, не желает ничего чувствовать.
Все выходные просто лежу, уставившись в одну точку.
А в мыслях только она, воспоминания лишь о ней и запах на коже только её.
Просыпался и шарил по постели ладонью, по привычке искал Куколку рядом. А потом вспоминал, что её больше не будет в моей жизни. Никогда не будет.
О Камилле я теперь не вспоминал. Её больше не было внутри. Теперь во мне жила лишь Куколка, с пепельными кудряшками и голубыми огромными глазами, словно бескрайний океан.
Дед звонит через день, спрашивая о Куколке. Звонит бабушка Гуля, спрашивая о Куколке.
Родственники спрашивают о Куколке.
Куколка, Куколка, Куколка, Куколка…
Это слово бесконечной каруселью крутится в голове, не давая ни на секунду забыть о ней.
Через неделю, собравшись с мыслями, всё-таки исполняю то, что хотел. Покупаю ей квартиру – большую и светлую. Пересмотрел много вариантов, но остановился на этой – она идеально подходит Варе, создана для неё.
Документы сам не везу, откровенно боюсь, что она швырнёт ими в меня, откажется. Поэтому прошу Леру, чтобы отвезла, чтобы уговорила не отказываться.
И Лера смогла. Позвонила, рассказала, что Варя уже в новой квартире, вместе перевозили вещи.
Я ликую. Откровенно радуюсь, что теперь Куколка будет жить спокойно: никто не будет выгонять её из дома, а новые мужчины матери будут как можно дальше. Хочу, чтобы она была счастлива. Пусть без меня, пусть с кем-то другим, но счастлива.
Сейчас я понимаю: наверное, это и есть любовь, когда дорогой для тебя человек счастлив.
