Заворачиваю в мохнатое полотенце и выношу из душа сладкую девочку.
Как только ставлю её на пол в спальне, сразу ошарашивает фразой:
– Осман, давай договоримся – это был второй и последний раз, – смотрит серьёзно своими голубыми озёрами и ждёт ответа.
А меня словно кувалдой по голове шарахают, и я ориентацию в пространстве теряю.
– Куколка, тебе не понравилось?
Задаю вопрос и знаю, блин, ответ – понравилось. Видел в её глазах, слышал её стоны, до сих пор звучащие у меня в голове, чувствовал, как её тело трясло от оргазма подо мной, а тонкие пальчики сжимались на моих плечах.
Такое сыграть нельзя: тебе либо хорошо, либо нет.
– В том-то и дело, что понравилось, очень понравилось… – замолкает. – Давай не будем усложнять и без того довольную сложную ситуацию, в которой мы оказались. Завтра мы уедем, а в Москве разойдёмся по сторонам и больше не встретимся. Я же привыкну… не приучай меня к себе… пожалуйста… – смотрит с адской мольбой во взгляде, словно пытается донести то, чего я не смогу понять, не приму.
И тут я понимаю.
– Варя, у тебя сколько мужчины не было? – спрашиваю осторожно.
– Три года… – отвечает тихо, я едва её понимаю.
Да ну на хрен! Три года?! Она серьёзно? Так бывает?
Ещё ночью чуть не взвыл от того, какая она узкая и тесная внутри. Теперь понял почему. К ней три года мужчина не прикасался, никто не прикасался вообще. Поэтому и заводится так быстро, загорается возбуждением, словно спичка, и меня заводит за долю секунды.
Ну и как к ней больше не прикасаться?
Как отказаться от того, от чего отказаться не хватит сил?!
Подхожу, беру её личико в свои ладони, заставляя посмотреть на меня:
– Три года после того, как тебя предали, так?
– Да, – отвечает тихо.
– Нам остался вместе один день. Всего один. И всё. Не трогай меня, пожалуйста, ладно?
Молчу. Не могу ей обещать, язык не поворачивается.
Я уже её попробовал, прочувствовал, ощутил, был в ней, и мне, блин, невероятно понравилось. За два раза не успел ею насладиться.
Я будто тот потерянный, голодный турист, которого после авиакатастрофы на пару лет закинуло на необитаемый остров, он вернулся и вспомнил все прелести жизни.
А она меня отказаться просит!
– Ты прикасаешься, и моё тело предательски отзывается на каждое твоё касание, на каждое движение, на каждый поцелуй. У меня никогда такого не было… Привыкну к тебе, а потом, словно наркоман, будут трястись в ломке, желая дозу ещё и ещё. – Она закрывает глаза, не хочет на меня смотреть.
