Поэтому заедешь ты и будешь исправлять свои ошибки, – улыбается мне, и я понимаю, что сейчас разговариваю с обычной Варей. – Дети никому из нас сейчас не нужны. Особенно тебе, – уже серьёзно.
Последняя фраза неприятно режет где-то глубоко внутри, опускаясь гадким осадком и разнося в пух и прах все мои убеждения. Я хотел детей, раньше. Всё хотел. А потом Камилла уничтожила все мои мечты и желания.
Но сейчас, когда это произносит Варя, мне становится стыдно за свои мысли. Возможно, я уже думаю по-другому?
– Понял, сделаю.
Подхожу к Куколке сзади и целую в шею, она только собирается возмутиться, но я опережаю:
– Мы говорили про секс. На поцелуи запретов не было, тем более мы по-прежнему в образе пары перед дедом и перед всеми.
Молча кивает, и я наслаждаюсь официальным разрешением прикасаться к ней хотя бы так.
В голове то и дело всплывает её фраза: «Завтра мы уедем…»
Она надеется просто продержаться сутки и закрыть проблему бесконтрольного влечения друг к другу. Но я могу всё изменить, переиграть и выиграть себе время с ней наедине.
А что, если завтра мы не уедем?!
Глава 12
Варвара
Фи, которая переживала, что мы не успеем, всё ещё собирается, а я уже сижу в машине Османа в ожидании.
Ещё перевариваю сегодняшнее утро и наш разговор. Вообще всё перевариваю.
Близость с Османом потрясающая настолько, что я и сейчас свожу ноги вместе, вспоминая его в себе.
У меня-то всего трое мужчин в жизни было, недолго. Кроме последнего – Виталика, отношения с которым продлились три года. Секс меня устраивал, и я считала, что оргазм приходит не всегда, дело случая, редкого случая.
К тому же люди притираются друг к другу, в жизни и в постели тоже, и со временем острота уходит из отношений, а на смену ей приходит устоявшаяся привычка.
Виталик редко старался в постели в отношении меня, по большей части заботясь исключительно о своём удовольствии. Я привыкла и считала, что секс и должен быть таким.
Считала… до сегодняшней ночи. Никогда не думала, что может быть вот так: остро, пряно, до чёрных мушек в глазах.
Осман играет на мне, как на музыкальном струнном инструменте, кажется, прикасаясь именно так, как требует моё тело, там, где именно сейчас остро нужны его прикосновения.
Он думает в первую очередь обо мне, своими движениями доводя до исступления, размазывая меня в пространстве от желания почувствовать его. Была уверена, что он, такой большой везде, просто уничтожит меня, но нет, он идеально мне подходит, и я совершенно без ума от его большого тела.
