Услышав звук вертолета в очередной раз, Тимур прижал меня к сосне, подняв голову, проследил, как стальной корпус винтокрылой машины скрывается вдали.
– Надо спешить, – тихо шепнул он, склоняясь надо мной. – Надеюсь, они ищут нас на озере.
Я сглотнула, облизывая пересохшие губы. Как же приятно стоять прижатой его крепким телом. Запах тайги, надоедливые комары, опасность – это все заводило, будоража кровь. Я качнула бедрами, так как внизу все было объято пламенем. Мы так давно этого не делали. Я устала, хочу отдохнуть, хочу забыть, что нужно бежать без оглядки, что я опять на волоске от беды.
Тимур молча скинул с себя сумки, рывком расстегнул на мне брюки, развернул лицом к стволу. Брюки с меня спали, я оттянула назад ягодицы, мешая нетерпеливому Тимуру стянуть последнюю тряпичную преграду и войти в меня. Но стоило почувствовать его во всю длину, как с моих губ сорвался стон. Во что я превращаюсь?
Резкие толчки и хриплые стоны подгоняли меня, доводя до исступления. Мы добрались до разрядки одновременно, Тимур изливался, больно вжимая меня в жесткий, царапающий кожу ствол.
Я удовлетворенно щурилась, еле держась на ослабевших ногах. Тимур отстранился, по-деловому посмотрел на часы, затем поправил одежду на мне, натягивая брюки.
– Ты как? Устала? Можно сделать привал, но не дольше пяти минут.
Я медленно обернулась к нему, ожидая, как обычно, ругани или слов о том, когда же это закончится. Но вместо этого он молча достал из одной сумки бутылку с водой, протягивая мне.
Поблагодарив, все еще в сомнении поглядывала на блондина.
Что-то в нем неуловимо изменилось. Он больше не казался бандитом с большой дороги. Пригубив из бутылки, я отошла в кустики справить свои дела. Полбутылки пришлось потратить, чтобы почувствовать себя относительно чистой, но, видимо, вода у нас была с запасом, так как Тимур никак не прокомментировал мое транжирство. Зато легче стало идти дальше. Пять минут мои закончились, Молотов указывал дорогу, а я шла, не разбирая, куда ступаю, порой чуть не падала, но меня всегда поддерживали сильные руки.
Вертолеты не переставали летать, Тимур сверялся с картой, причем самой обычной.
Я шла, еле передвигая ногами, удивляясь, как люди раньше жили в деревнях.
На очередном привале я опять поплыла, когда Тимур неосмотрительно нагнулся над сумкой, но отвела взгляд, призывая тело держаться. Влечение уже не так тревожило, как раньше, и я стала справляться с ним. Еще через час мы уже не слышали вертолеты, зато натолкнулись на домик.
