Открытый перелом доставлял множество неудобств, одним из которых были болеутоляющие. От них постоянно клонило в сон.
Алик протянул конверт, который был вскрыт.
– Ну и чего даешь? Открывай сам, – недовольно пробормотал Коломеевский, отодвинув стул, чтобы сесть рядом с подчиненным.
Конверт был внушительным. Машинописный текст с двух сторон. Пробежавшись глазами по заглавию, Алик тихо выругался:
– Он еще и издевается.
– Не то слово, – согласился с ним Глеб Александрович. – «Пошаговая инструкция с подробными комментариями», – прочитал он еще раз заголовок.
– Кто как не псих может такое написать.
Но тем не менее оба приступили к чтению. Тимур не скупился в разъяснениях, крайне подробно описывая, кто какое положение имел в бандитских группировках, также фамилии и имена связных, даже в самой полиции.
– Зачем он это посылает обычным письмом? – удивился Алик. – Это же секретная информация.
– У него появился шанс сбежать и спрятаться так, чтобы никто не нашел, пока мы будем заняты зачисткой. Начальникам уже доложено, так что мы должны будем с тобой выложиться в полную силу, чтобы по шапке не получить.
Эх, не оценил я его любви к жене. Такая наживка была у меня в руках.
Глеб взглянул на свою сломанную конечность, вспоминая предупреждение Молотова Алику по поводу рук и жены. Ревнивым бесом оказался Тигр и полным отморозком. Глеб ни за что бы на свете ни вовлек в такие серьезные разборки свою жену. Оглядев кабинет, Коломеевский стал вспоминать Родионову. Он не раз видел женщин, которых сломала жизнь: забитые, с кругами под глазами от недосыпа, нервные, жалкие, вызывающие в нем лишь презрение.
Вдруг ему вспомнилась другая девушка, привлекшая его внимание в аэропорту.
– Черт! – в шоке выдохнул он, озаренный мыслью.
– Что-то случилось? – уточнил у него Алик.
– Она была в аэропорту! Точно, там была твоя Крис! Она прошла мимо нас! Помнишь красотку в зеленом костюме? Волосы у нее еще были светлыми. Помнишь?
Алик задумался, затем нерешительно кивнул.
– Вот это актриса! – восхищался Глеб Александрович.
– А как она строила перед нами униженную и обездоленную! Ну актриса… Я же поверил ей.
– Я тоже, – шепнул Алик. Он с трудом вспомнил ту, о ком говорил начальник. Даже не обратил внимания тогда на блондинку. Неужели это была Крис?
– А я-то думал, чего он к ней привязался, конечно, такая красотка. Я бы тоже с ней был бы не прочь. Кто бы знал?!
Полковник еще некоторое время восхищался перевоплощением Родионовой, вспоминая, как она настороженно смотрела на него.
