Заинтересованно рассматривала, как от моего дыхания кожа на его шее покрылась легкими пупырышками. Он тоже очень отзывчив на любое мое действие.
– Поздно, больше населенных пунктов не будет. А что хотела купить? Только не говори, что у тебя начинаются эти дни, – тоже шепотом ответил блондин, сильнее прижимая мою голову к своему плечу.
– Чтобы не залететь от тебя, – бросила в ответ, гася внутри себя разгорающееся недовольство.
– Наивная, – вернул мне насмешливо Тимур, – никаких детей. Мне бы от тебя избавиться.
Если что, на аборт пойдешь.
– Кретин, – обиделась я на блондина.
– Не обзывайся, больно будет, – угрожающе прошептал Тимур, с силой сжав волосы."
"Он не соврал, было больно так, что слезы навернулись на глаза.
– Отпусти, – приказала, пытаясь отцепить его пальцы от моих волос.
– Крис, не играй со мной – убью.
– Не убьешь, – возмущенно прошептала, ненавидя себя за то, что опять поплыла. Опять этот властный голос заставлял подчиняться. – Хотел бы убить, давно бы так и сделал.
– Поймала, маленькая.
Пока не хочу. Хочу пока совсем другое от тебя. И буду делать с тобой все, что захочу.
– Ты сказал, что три дня попробуем быть вместе, – испуганно хотела отпрянуть, но сильная рука все так же крепко удерживала волосы.
– Попробуем насытиться. Попробуем перехотеть. И тогда я захочу тебя убить, – вкрадчивый шепот ужасен, особенно когда его чередуют с дразнящими поцелуями.
Я чувствовала себя мерзко: когда надо ненавидеть, сопротивляться, мое тело предательски выгибается, подставляется под ласковые губы.
Сама себе противна. Никакой силы воли.
– Тимур, – стала объяснять ему третий вариант, единственный верный, – наоборот, нам расстаться надо, уехать далеко друг от друга.
Блондин смерил меня тяжелым взглядом, со вздохом ответил, руша все мои надежды:
– Поздно, малышка, поздно. О тебе узнали. И теперь у меня два выхода, и оба неутешительные для тебя.
Холодные глаза затопил огонь потаенного желания. Я безмолвно рыдала, закинув руки за голову, сражалась с сильными пальцами блондина.
Он чувственно провел ладонью вверх по моему боку. Я выгибалась навстречу его ласкам, ведомая в этом странном танце. Мое тело было подвластно любому его желанию. Хотелось прильнуть к его губам, обхватив шею руками и полностью отдаться нарастающим ритмам страстного танца. Но Тимур крепко держал, больно обхватил одной большой ладонью мои запястья. Вторая рука блондина легла на холмик налившейся груди – от этого прикосновения меня пронзало острое желание.
