– Отпусти, – визгливо выкрикнула, теряя самообладание.
Ведь хотелось кричать, чтобы не отпускал, а продолжил мять мою грудь. И не через ткань. Она мешала ощутить тепло его рук.
– Босс, – недовольно разорвал наше уединение голос Хмурого.
– Алик, не лезь, – одернул Весельчак. – Не порти кайф.
– Извращенец, – огрызнулся брюнет, а затем обратился к Тимуру: – Босс, скоро приедем, осталось недолго.
Все это я слушала краем уха, так как все силы бросила на борьбу с настойчивыми руками блондина. Длинными пальцами Тимур нетерпеливо расстегивал блузку на груди.
Добравшись до оголенного участка кожи, он стал катать сосок между пальцами.
От удовольствия чуть губу не прокусила до крови. Все внутри болезненно сжалось.
– Тимур, – выдохнула, высвобождая руки, чтобы схватиться за его шею.
Я хотела запечатлеть поцелуй на его устах, вкладывая в него все одолевавшие меня чувства: и страсть, и ненависть, и бессилие, и покорность.
– Босс, – позвал вновь Алик, откровенно мешая.
Но в душе я была ему благодарна.
Так как руки на моей талии красноречиво подсказывали, что жажда Тимура дошла до предела, еще чуть-чуть, и все повторилось бы на глазах наших спутников. Я тоже была у самой черты, за которой мне было бы безразлично все, кроме резких движений во мне Тимура. И только недовольный окрик остановил нас. Мы замерли, с трудом борясь с безумием, которое нехотя, но отпускало.
Блондин с трудом оторвал от меня голодный взгляд, переведя его туда, откуда послышался голос Алика. Я на брюнета стеснялась смотреть, разглядывала таежный пейзаж, который уже не так быстро менялся.
– Босс, мы практически на месте, – уже спокойнее доложил Алик.
И оглянувшись на лобовое стекло, я заметила высоченный забор, раскрытые ворота, а за ними большой дом из красного кирпича. Во дворе и вокруг забора стояли раскидистые пихты. Впервые вижу, чтобы двор был не расчищен. Обычно деревья выкорчевывают и оставляют штуки три. А тут нет. Расчищена была только площадка для машины, куда она благополучно и заехала, плавно остановившись.
Тимур одернул мне подол и стал застегивать блузку. Я же решила застегнуть ему ширинку, но, задев случайно нежную кожу, получила по рукам. Дальше каждый стал заниматься собой, приводя в порядок одежду.
Прислушиваясь к себе, не могла нарадоваться тому, что разум начинает побеждать плоть. Мы остановились, сами. Получается, теория Тимура тоже имела смысл. А раз так, то я смогу сбежать до того, как он захочет меня убить. У меня еще три дня в запасе.
