Я не помогаю в приютах и не участвую в организации благотворительных балов в академии. Скажу больше, я в принципе не люблю балы и никогда на них хожу. Так что подарить кому-нибудь деньги – отличный вариант. Тем более, мне не пришлось бы напрягаться, чтобы их заработать. Никаких моральных метаний! У нас с Гарретом все равно нет отношений. Вас запутали простые сплетни.
Илайза внимательно выслушала тираду, пожалуй, самую длинную из тех, что я позволила себе в присутствии этой женщины, и спросила:
– Он считает так же?
– Кто? Гаррет? Насколько я знаю, он неплохо относится к благотворительности.
Клянусь, из чувства справедливости, я добавила бы в сертификат его имя.
– Не о том, – отмахнулась она. – Он тоже считает, что у вас нет отношений, или ты делаешь вид, что у вас их нет?
Я не нашла чем ответить, только промычала:
– Ну…
Мигом вспомнились все сугубо интимные моменты, что случились у нас за последние дни. Когда в библиотеке, не отрывая взгляда от книги, он взял мою руку и долго-долго согревал озябшие пальцы в теплой ладони.
– Сегодня я видела, как он на тебя смотрит. Впервые за долгое время его глаза горели. – Илайза помолчала. – Он рассказывал, почему отложил окончание магистериума на год? Вряд ли. Северяне слишком чувствительны в вопросах магии и лишний раз о ней не говорят. Наш Гаррет практически утерял связь со стихией.
Хорошо, что я ничего не жевала, иначе опять подавилась бы!
– Но он при мне призывал стихию. И это было поразительно! – не стала я скрывать, что до сих пор восхищена той демонстрацией.
Понятия не имею, как жить, если магия перестанет подчиняться, отзываться на призыв или вообще – не дай божественный слепец! – исчезнет. Это как до конца жизни лишиться одного из органов чувств. Жить можно, но захочется ли? Лучше вовсе не знать магии, чем знать, а потом потерять.
– Худшее позади, он справился, – легко согласилась женщина. – Проблема вовсе не в умениях, не в силе и даже не в силе духа. Злому сердцу стихия подчиняется, но истерзанного – просто не слышит…
В Элмвуд мы въехали в потемках.
На центральной лестнице горели фонари, светился циферблат академических часов на башне. Подсвеченная снизу драконова химера агрессивно изгибала шипастый хребет, словно приготовилась напасть на поздних гостей.
Мы пересекли въездную площадь, прокатились по аллее и нырнули под арку, ведущую к общежитиям.
– Спасибо за поездку, – вежливо поблагодарила я.
– В следующий раз приезжай в поместье вместе с Гарретом. Его отец хочет с тобой познакомиться.
