Чувствуя мгновенный прилив восторга, я воскликнула с почти неприличной радостью:
– Так и знала, друг мой! Чувствую, что ты наконец-то отплатил мне за все кружки бульона, что я тебе таскала из кухни! Я очень тебя люблю!
Почти дернулась в его сторону, чтобы на радостях заключить в крепкие сестринские объятия, но он уточнил:
– В смысле, что я сделал?
Кхм…
– Ты поставил деньги от моего имени, – напомнила я приятелю, вообще-то обычно не проявляющему никакой забывчивости, особенно, когда дело касалось крупного выигрыша.
– Эта ставка была единственной! Несмотря ни на что, Мейз, ты мой самый лучший друг!
– Другими словами, ты не собираешься со мной делиться деньгами, – насмешливо перебил он. Светлые глаза приятеля блестели то ли от алкоголя, то от смеха.
– Конечно нет, – согласилась я. – Если знаешь, зачем спрашиваешь и ставишь меня в неловкое положение.
– Твоя щедрость всегда имела четкие границы, – фыркнул он. – Но ставку сделал не я.
Пару секунд понадобилось, чтобы оценить это в действительности бесценное знание, потому что оно несло в себе столько всего, что от мыслей вдруг загудела голова.
Не исключаю, что еще и от запаха черемуховой настойки, пропитавшей воздух нашей комнаты.
– Какое разочарование, – наконец резюмировала я. – Ты бы ни за что не потратил на меня сорок динаров.
– Сколько?! – охнула Юна, прикрыв рот ладонью.
– Много. – Мейз высокомерно покосился на нее. – Адель, на тебя поставил бы только тот, кто был уверен, что ты точно выиграешь.
То есть ты сама. Может, ты поставила и забыла? Краткосрочной потери памяти не случалось?
– Нет.
Несложно догадаться, кто в этой академии наверняка знал, что победит девушка из Шай-Эра в то время, как сама девушка не была до конца уверена в исходе поединка.
– Тогда мы знаем, кто это был, – пожал плечами Мейз.
– Кто? – единственная ни в чем не разобралась Юна и, заметив, как рыжий закатил глаза, пискнула: – Почему ты опять делаешь вид, что я круглая дурочка?"
"Ничего себе смелость! Потрясающая черемуховая настойка явно пробуждала в соседке какого-то нового человека.
Оставив друзей выяснять отношения, я вернулась к уставшему ждать «счетоводу». Всем своим видом: недовольной миной, скрещенными на груди руками, напряженными плечами, – он демонстрировал досаду.
– Все! Теперь я готова держать и радоваться.
– Впервые в моей карьере…
– Догадываюсь! – с улыбкой перебила я.
