Идеальные разведенные

— Ну вот всё и прояснилось! Поздравляем, Агата! У вас будет двойня!

А вот теперь я вижу перед собой ту самую курицу в бабочке из сна и вспоминаю тест с цифрой два, который я опрометчиво приняла.

Вот дура, не нужно было брать.

Игнатова, о чем ты думаешь?

Тебе только что сказали, что у тебя будет двое детей, а ты прокручиваешь в голове глупый сон.

Вскакиваю с кушетки, зажимаю рукой рот, попутно хватая «счастливую пеленку» и вылетаю в коридор в поисках туалетной комнаты.

Ну Игнатов, ну чертов ювелир!

С завтрашнего дня я ложусь в стационар, и мне нужно оптимизировать свой рабочий график.

Сложнее всего с моими невестами, потому что отменить или перенести их запись равносильно подставе или предательству. Придется как-то выкручиваться.

А еще сегодня вечером я планирую снова связаться с Игнатовым, и пусть этот кобель сейчас не в городе, я не собираюсь облегчать ему существование. Нести ответственность за одного Игнатовского засланца — еще полбеды, а за двоих — извольте.

До сих пор не могу поверить, что я беременна, да еще и двумя.

Судьба точно решила посмеяться надо мной, наградив полным детским комплектом единоразово.

— Агата? Здравствуйте.

Плавая от одной мысли к другой, я не замечаю, как передо мной возникает роскошно укомплектованная… Алина?

Наверное, я всё-таки ненормальная, потому что в этот момент в моей голове возникает всего один вопрос, и он не о том, что она здесь делает и для чего явилась, а достаточно ли долго ей пришлось меня ждать.

Идиотский вопрос, согласитесь?

В последнее время все мои мысли идиотские, но теперь я хотя бы знаю почему.

А потому, что мой мозг контролирует ни один маленький Игнатов, а целых двое.

— Здравствуйте, — я намеренно не произношу ее имя, мне она не приятна, а лицемерить я не привыкла.

И она знает об этом.

Мы разглядываем друг друга, и я вижу, как торжественно вспыхивают ее глаза.

Сейчас из нас двоих Богиня — она.

И об этом она знает тоже.

— Чем обязана? — смотрю твердо в ее красивые карие глаза. Она выше меня, и мне приходится запрокинуть голову, чтобы не упереться в ее шикарный секретарский бюст.

— Агата, — чертова помощница озирается по сторонам, — мы могли бы с вами поговорить?

Не думает ли она, что я приглашу ее к себе домой для разговора?

Алина мнется и снова вертит головой по сторонам, видимо, в поисках более удобного места.

Согласна, детка, разговаривать посреди проезжей части — то еще самоубийство.

Иду в своих сандалиях прямо по газону и встаю под раскидистую липу.