— У тебя кровь… — внезапно севшим голосом сказала я, ошалело глядя на свезенную на костяшках кожу.
— Да похер… — отозвался он, каким-то очень нервным и трогательным движением быстро слизывая выступившие капли.
— Дай… — попросила я, обнимая его кулак ладонями и разглядывая ссадины на тыльной стороне руки, там, где выступают вены на жилистом запястье.
Не удержавшись — тоже лизнула, почувствовав солоновато-железный привкус.
Дыхание Филиппа сбилось и стало резким.
Я подняла на него взгляд, все еще держа его руку в своих.
— Ты только что отбил добычу у сына губернатора. Которому никто не отказывает.
Черный космос его зрачков распахнулся во всю ширь радужки, оставляя лишь тонкий стальной ободок брони, которую не так уж сложно проломить, если знать слабые места.
— У тебя будут большие проблемы, Филипп. У меня тоже.
Острый кадык дернулся, когда он сглотнул, переводя взгляд на мои губы.
— Это не оплаченная заранее охота, Филипп. Это настоящая драка за самку.
И ты — не самый крупный и сильный хищник в этом лесу.
— Да похуй! — выдохнул он за мгновение перед тем как впиться губами в мой рот.
Стол позади нас оказался завален стопками бумаг, которые веером разлетелись по полу.
Опрокинулся монитор, жалобно звякнула ваза, разлетаясь на осколки.
Что-то впилось мне в спину — то ли мышка, то ли коробка со скрепками.
Филипп сгреб в сторону настольную лампу, и она сползла на пол, потянув за собой шнур и еще больше папок, стоявших на краю стола.
Наконец-то пригодился короткий подол платья — он с готовностью собрался гармошкой на талии, пока Завадич стаскивал с меня полупрозрачные стринги.
Его взгляд на это воплощение разврата был полон бешеной ярости. Их он отбрасывать не стал, лишь стиснул в руке, которой опирался на столешницу рядом со моей головой.
Другой рукой он расстегнул брюки и вклинился бедрами между моих раздвинутых ног.
Я обвила его шею, притягивая к себе, чтобы поймать прохладные и желанные губы.
Летнее солнце его поцелуя взорвалось пронзительным и острым, искры брызнули из глаз вперемешку со слезами, когда он ворвался в меня, пронзая сразу на всю длину.
Адреналин, кипящий в крови с момента, как я попала в этот дом, вспыхнул весь разом, словно напалм, сжигая меня дотла раньше, чем член Завадича вошел до упора.
