Хотя и туда я заглянула — ну просто посмотреть, нет ли там какого-нибудь суда по алиментам.
Ну вдруг?
Но ничего интересного не нашлось.
Зато в теги к его контакту я залезла с огромным удовольствием. Кроме огромного количества скучных «Завадич», «Филипп Завадич», «Филипп Евгеньевич», «Фил», «Филя» и — тут я поржала! — «Филиппок», — там обнаружился еще оч-ч-ч-чень любопытный списочек.
«Мудак»
«Тот самый»
«19 см»
«Витамин D(еньги)»
«Шлюхан»
«Звонок из ада»
«Лизун»
«Моя ошибка»
«Грешник»
«Жестокий зверь»
Ну вот и узнала, что там у него с размерами.
И с предпочтениями.
И с честной расплатой, если уж на то пошло.
Не знаю уж, какие психологические травмы во мне взыграли, но после этого списка Завадич стал почему-то в миллион раз интереснее.
Я аж почувствовала как пробежали искры по коже.
Впрочем, я же отказалась от сделки.
А он пообещал, что это еще не конец…
В общем, на занятие по вождению я ехала приятно вздернутой, даже глаза горели.
В честь наконец разгоревшейся весны надела короткую кожаную юбку и чуть было не напялила шпильки, но вспомнила, что мне еще на педали жать.
Так что тягу к прекрасному удовлетворила с помощью розово-оранжевых теней и помады с глиттером. По пути захватила капучино себе и лавандовый раф своему инструктору.
Арсений, широкоплечий и мощный парень лет тридцати, несмотря на весь свой брутальный вид, во-первых, обожал «девичьи» напитки. Послаще и покрасивее.
А во-вторых, страшно этого стеснялся, поэтому в кофейнях всегда просил американо и давился им потом с мрачным видом.
Я была единственной его ученицей, кто знал эту постыдную тайну, поэтому время от времени покупала на его долю что-нибудь этакое — сладенькое, ароматное, со взбитыми сливками, пенками, посыпками и выпендрежным названием.
За это он меня любил, называл «Верунь» и после занятия довозил до дома.
— Сегодня учимся держать скорость потока, — заявил Сеня, слизывая с верхней губы сливочные «усы» и с удовольствием откидываясь на сиденье.
— Поехали, Верунь. Видишь, перед тобой никого нет? Газ в пол!
— Мне страшно! — пискнула я, с ужасом глядя, как на спидометре сменяются циферки.
Где-то на сорока километрах в час ветер засвистел в ушах и я ощутила себя гонщиком «Формулы-1»
— Газуй, ну! — поторопил меня инструктор. — Что ты спишь на дороге?
— Я не сплю, я боюсь! — возмутилась я.
