Идеальный любовник

Она нагнулась над ним, завела его руки за голову и начал древнюю, как мир, любовную игру с его телом. Она шептала нежные слова, вдыхая терпкий мужской запах, поцелуями касаясь каждого дюйма его рук, а потом легла на него, чтобы дотянуться до пальцев.

Ее груди коснулись его лица, наполняя ноздри ароматои женщины. Шон закрыл глаза, вдыхая его, наслаждаясь ее зарождающейся страстью. И тут Эмерелд взяла в рот обрубок его большого пальца и начала нежно посасывать, доказывая ему, что даже рубцы на его теле возбуждают ее.

Шона вдруг охватила дикая волна похоти, ему захотелось гpyбo изнасиловать ее. Он чувствовал себя как дикий зверь, готовый схватить и сожрать свою жертву, но громадным усилием воли подавил животный порыв. Наступит время и для первобытной ярости. А сегодня Эмерелд должна насладиться каждым моментом.

Чтобы утолить голод бунтующей плоти, Шон обхватил Эмерелд за талию и, подняв ее над собой, коснулся губами ее лобка, жадно захватывая ртом нежные лепестки ее лона. Эмерелд вскрикнула.

В самых бесстыдных своих снах Эмерелд и представить себе не могла, что мужчина будет проделывать с ней такое, но она так его любила, что вся раскрылась ему навстречу, как цветок раскрывает свою чашечку навстречу солнечным лучам. Она извивалась и выгибалась от острого наслаждения, а Шон чуть дотрагивался кончиком языка до крошечного розового бутона, а потом горячее влажное жало снова и снова пронзало ее. Когда наконец его язык ощутил ее влагу, его рот стал неутолимым, а ее крики донеслись до самых высоких башен Замка Лжи.

Простыни и одеяла давно уже слетели с их тел, и теперь они пожирали друг друга глазами.

— Если бы только я могла сделать это для тебя, — выдохнула Эмерелд.

— Что? — хрипло спросил он.

— Ласкать тебя языком, как это делал ты.

— Маленькая глупышка, — прошептал Шон.

— Что? — Она дотронулась до его напряженного члена, и Шон чуть не вылез из кожи. — О, какой он твердый и тяжелый, я и не думала, что он нежный, как шелк.

— Может быть, небольшое, — слукавил он.

Ее губы сначала неуверенно коснулись его, но реакция Шона была такой бурной, что Эмерелд сразу же поняла, сколько удовольствия он получает от ее действий, и стала смелее. С восторгом первооткрывателя она изучала форму и цвет, строение и вкус его члена и была потрясена, когда он вдруг ожил и стал расти и каменеть в ее руках.