Идеальный любовник

"

"— Хватит, красавица, — выдохнул Шон, запуская пальцы ей в волосы и нежно отталкивая, чувствуя, что начинает терять контроль над собой. Ее охватила гордость, она теперь знала свою эротическую власть над ним, и Шон никогда еще не видел женщины столь же красивой в минуты страсти. О'Тул знал, что наступил тот самый момент, которого он ждал. Теперь он овладеет ею, страстной и гордой. И это восхитительно.

Шон устремился вниз и широко раскрыл ее бедра. Ов прижался к ней головкой пениса и одним плавным движением вошел в нее.

Она была такой горячей внутри, что обожгла его, он вскрикнул от страсти и зашептал ей о том, что станет проделывать с ней, как она будет стонать в его объятиях и какое это наслаждение — наконец-то обладать ею.

Эмерелд изнемогала, ей казалось, что Шон заполнил целиком своей плотью. Ей хотелось полностью раствориться в его теле, и она обвила его ногами. Он подчинил ее ритму своих движений, и ее страсть нарастала. Ей нравились тяжесть его тела, сотрясающего ее мощными толчками, терпкий запах его кожи, неистовая сила желания, снедавшего его столько времени.

Она почти обезумела от страсти, вскрикивала и покусывала его плечи. Ей казалось, что он возносит ее все выше и выше, на сверкающую вершину, стоящую над пропастью. Она цеплялась за самый край с остановившимся сердцем, а потом стремительно полетела вниз, в звенящую пустоту. Когда он взорвался внутри нее, Эмерелд вскрикнула от острого наслаждения, которое доставило ей его жадное тело.

Молодая женщина крепко обнимала его, не отпуская.

Она снова и снова гладила его тело от плеч до ягодиц, страстно целовала, щедро изливая свое обожание. Ее принц подарил ей восхитительную радость, она с восторгом делила с ним соединение их тел и знала, что никогда не сможет до конца насытиться этим счастьем.

Вдруг кончики ее пальцев нащупали рубцы у него на спине, кона поняла, что это шрамы. Эмерелд охватила страшная ярость. Ей было плевать, что нарушена смуглая красота его тела, но когда она представила себе, каким беспомощным он был перед своими палачами и какая выдержка потребовалась ему, чтобы выжить, это почти разбило ей сердце.

Ей хотелось убить отца, Джека Реймонда и всех тех, кто причинил Шону боль.

По нарастающему жару ее тела Шон почувствовал ее злость. Он перекатился на спину, увлекая ее за собой. О'Тул знал прекрасный способ успокоить ее гнев и возродить страсть. Он запустил пальцы ей в волосы и привлек ее к своим губам.